УДК 616-056.52: 616-008.9: 577.125

А.А. ЯКУПОВА¹, Т.В. НИКИШОВА², Е.А. БУСУРГИНА³, Л.А. ХАЛИТОВА³

¹Казанский государственный медицинский университет МЗ РФ, г. Казань

²Казанская государственная медицинская академия — филиал РМАНПО МЗ РФ, г. Казань

³Городская клиническая больница № 7 им. М.Н. Садыкова, г. Казань

 Контактная информация:

Якупова Аида Альбертовна — д.м.н., доцент кафедры неврологии

Адрес: 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, 49, тел.: +7-917-390-92-04, e-mail: aidayakupova@yandex.ru

 Цель исследования — изучение особенностей полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга на основе электронейромиографического исследования мигательного рефлекса у больных с ожирением экзогенно-конституционального типа (ОЭК).

Материал и методы. Были обследованы 288 женщин (средний возраст 37,5(2,8) года) с ОЭК и 45 здоровых женщин такой же возрастной группы для контроля. Всем пациентам проводили клинико-антропометрическое обследование, которое включало определение количественных показателей размеров и массы тела и электронейромиографическое исследование мигательного рефлекса (МР).

Результаты. Клинико-антропометрическое исследование выявило наличие двух вариантов топографии отложения жира — андроидного (АТ) и гиноидного (ГТ). Соотношение ОЭК-АТ и ОЭК-ГТ в данной выборке составило 41,28 и 58,72% соответственно. При проведении электронейромиографического исследования было установлено, что у больных с ОЭК-ГТ было обнаружено существенное увеличение длительности R2 компонента МР (44,1 (1,5) мс) (p < 0,01), сокращение его латентности (35,5 (0,8) мс) (p < 0,05) и уменьшение порога (1,9 (0,1) мА) (p < 0,01), по сравнению с показателями здоровых испытуемых. Установлена прямая статистически значимая корреляция уровня полисинаптической рефлекторной возбудимости со степенью тяжести ожирения (r = 0,75, p < 0,05). Полученные данные характеризуют недостаточность процессов торможения в ЦНС и функциональный дефицит сенсомоторного компонента в механизмах развития ОЭК с расстройством вегетативной и психоэмоциональной реактивности, включая пищевое поведение. По мере роста степени ожирения, а также при более неблагоприятном патогенетическом типе ОЭК, выраженность изменений полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга также увеличивается.

Выводы. Исследование полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга путем электронейромиографического тестирования МР показывает роль дисфункции надсегментарных отделов ЦНС в развитии и прогрессировании ОЭК. Указанное диктует необходимость использования данного метода в комплексном исследовании пациентов с ОЭК.

Ключевые слова: экзогенно-конституциональное ожирение, полисинаптическая рефлекторная возбудимость, мигательный рефлекс.

 

A.A. YAKUPOVA¹, T.V. NIKISHOVA², E.A. BUSURGINA³, L.A. KHALITOVA³

¹Kazan State Medical University, Kazan

²Kazan State Medical Academy, Kazan

³City Clinical Hospital No. 7 named after M.N. Sadykov, Kazan

Characteristics of polysynaptic reflex excitability of the brainstem in patients with exogenous-constitutional obesity

 Contact details:

Yakupova A.A. — MD, Associate Professor of the Department of Neurology

Address: 49 Butlerova St., Kazan, Russian Federation, 420012, tel.: +7-917-390-92-04, e-mail: aidayakupova@yandex.ru

 The purpose — to study the characteristics of polysynaptic reflex excitability of the brain stem based on an electroneuromyographic research of the blink reflex in patients with exogenous constitutional obesity (ECO).

Material and methods. 288 women (mean age 37.5 (2.8) years) with ECO and 45 healthy women of the same age group were examined. All patients underwent a clinical and anthropometric examination, including quantitative indicators of body size and weight and electroneuromyographic study of the blink reflex (BR).

Results. The anthropometric study revealed the presence of two variants of fat deposition topography — android (AT) and gynoid (GT) types. The ratio of ECO-AT and ECO-GT in this sample was 41.28% and 58.72%, respectively. Patients with ECO-GT showed a significant increase in the duration of the R2 component of the BR (44.1 (1.5) ms) (p <0.01), a reduction in its latency (35.5 (0.8) ms) (p < 0.05) and a decrease in the threshold (1.9 (0.1) mA) (p < 0.01) compared to the indicators of healthy subjects. A direct significant correlation was found between the level of polysynaptic reflex excitability and the level of obesity (r = 0.75, p < 0.05). The data obtained characterize the role of a lack of inhibition processes in the central nervous system and a functional deficit of the sensorimotor component in the ECO development mechanisms, with a disorder of autonomic nervous system and behavioural and emotional disorders, including eating behavior. As the degree of obesity increases, as well as with a more unfavorable pathogenetic type of ECO, the severity of changes in polysynaptic reflex excitability of the brain stem also increases.

Conclusions. The study of polysynaptic reflex excitability of the brain stem by electroneuromyographic BR testing shows the role of dysfunction of the CNS suprasegmental parts in the ECO development and progression.

Key words: exogenous constitutional obesity, polysynaptic reflex excitability, blink reflex.

 

 Ожирение представляет собой одну из наиболее серьезных проблем современной цивилизации, поскольку служит фактором риска сахарного диабета, сердечно-сосудистой патологии, заболеваний центральной и периферической нервной системы, онкологических заболеваний и многих других опасных патологических процессов, угрожающих жизни и здоровью людей [1, 2].

Почти 95% всех от всех форм составляет ожирение экзогенно-конституциональное (ОЭК), обусловленное преимущественно нарушением баланса между поступлением энергетических субстратов в организм и их расходованием в процессе жизнедеятельности [3]. Предрасполагающим фактором к развитию первичного ожирения служат конституциональные, генетически детерминированные нарушения со стороны нейрогуморальных механизмов регуляции питания и энергетического обмена. Особо следует отметить и роль центральной нервной системы (ЦНС), которая управляет многоуровневыми процессами адаптации организма, включая механизмы регулирования метаболизма, соматической сферы, эмоционально-аффективных реакций и сложных программ поведения индивидуума [4, 5].

Сложные и многоуровневые механизмы развития первичного ожирения обусловливают и сложности его лечения. Установлено, что более 80% всех пациентов с ОЭК испытывают рецидив патологического процесса, причем в его развитии значительная роль принадлежит именно дисфункции ЦНС с вегетативными, психоэмоциональными и поведенческими расстройствами [5, 6].

В связи с указанным актуальным является исследование различных проявлений дисфункции ЦНС при ОЭК, в частности представляет интерес объективная оценка состояния процессов регуляции в надсегментарных отделах нервной системы. В данном аспекте может быть использовано тестирование уровня полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга, которая интегративно отражает адекватность процессов сенсомоторной деятельности в конкретных условиях функционирования индивидуума [7–10].

Целью исследования явилось изучение особенностей полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга на основе электронейромиографического исследования мигательного рефлекса у больных с ОЭК.

Материал и методы

Были обследованы 288 женщин (средний возраст 37,5 (2,8) года) с ОЭК и 45 здоровых женщин такой же возрастной группы для контроля лабораторных и инструментальных показателей. Среди женщин с ожирением преобладали лица средней возрастной группы от 30 до 49 лет. Не было статистически значимых различий по возрасту между группой больных ОЭК (37,7 (1,9) лет) и группой здоровых (37,5 (1,6) лет) (p > 0,05).

Всем пациентам проводилось клинико-антропометрическое обследование, которое помимо клинического врачебного осмотра включало также определение количественных показателей размеров и массы тела: рост (см), масса тела (кг), индекс массы тела (ИМТ) (кг/м²), окружность талии (ОТ) (см), окружность бедер (ОБ) (см) [11].

Полисинаптическая рефлекторная возбудимость ствола головного мозга исследовалась на основе характеристик мигательного рефлекса (МР). МР регистрировали поверхностными электродами в m. orbicularis oculi в ответ на электрическую импульсную стимуляцию (длительность импульса 1 мс, амплитуда 3–9 мА) концевых разветвлений первой ветви n. trigeminus. Исследование проводили на аппарате «Нейро-ЭМГ-Микро» (Нейрософт, Россия). Регистрировали показатели латентности (мс), длительности (мс) и порога возникновения (мА) компонентов R1, R2 и R3 МР [12, 13]. Исследуемый находился в положении лежа на спине в состоянии максимального покоя. Во избежание габитуации стимуляция проводилась в нерегулярном порядке с частотой 0,08–0,1 Гц. Записывали по 5 рефлекторных ответов для каждой стороны стимуляции. Для оценки уровня рефлекторной возбудимости использовали классификацию типов вызванных полисинаптических ответов — нормовозбудимый, гиповозбудимый и гипервозбудимый, базирующаяся на учете коррелированных изменений комплекса показателей, не подверженных значительному влиянию методических погрешностей [14].

Статистический анализ проводили с использованием SciPy на алгоритмическом языке Python. Применяли критерий Хи², критерий инверсий, коэффициент ранговой корреляции Спирмена. Показатель средней величины (M) и стандартное отклонение (SD) рассчитывали для стандартизированного представления данных в таблицах [15, 16].

Этический комитет Казанской государственной медицинской академии — филиала ФГБОУ ДПО РМАНПО МЗ РФ одобрил исследование 8 сентября 2016 г. (пр. № 2-09).

Результаты исследования

Антропометрическое исследование выявило наличие двух вариантов топографии отложения жира — андроидного (АТ), с преимущественной локализацией в области живота, и гиноидного (ГТ), с преимущественной локализацией в области бедер и ягодиц (табл. 1).

Таблица 1. Распределение женщин с ОЭК по классификационным типам

Table 1. Distribution of women with ECO by classification types

Тип ОЭК	I ст.		II ст.		III ст.		Всего
	чел.	%	чел.	%	чел.	%	чел.	%
Андроидный	33	11,46	46	15,97	37	12,85	116	40,28
Гиноидный	78	27,08	84	29,17	10	3,47	172	59,72
Итого	111	38,54	130	45,14	47	16,32	288	100

Примечание: использован критерий c^2,, результаты статистического анализа представлены в тексте.

Note: the criterion used was c²; the results of statistical analysis are presented in the text.

Соотношение ОЭК-АТ и ОЭК-ГТ в данной выборке составило 41,28 и 58,72% соответственно. Установлено, что для I и II ст. ЭКО было характерно относительное преобладание ГТ, тогда как при III ст. имел место существенно больший удельный вес АТ (p < 0,01).

Пациентки с ОЭК предъявляли разнообразные жалобы, которые были обусловлены как собственно величиной повышения массы тела и, соответственно, степенью ожирения, так и связаны с развитием сопутствующих патологических процессов в организме.

Антропометрические показатели различных типов ОЭК представлены в табл. 2.

Таблица 2. Основные антропометрические показатели при различных типах ОЭК —M(SD)

Table 2. Main anthropometric indices in different types of ECO – M(SD)

Показатель	АТ (n = 116)	ГТ (n = 172)	Здоровые (n = 45)	P1-2	P1-3	P2-3
	1	2	3
Масса тела (кг)	92,97 (1,61)	90,64 (1,72)	59,21 (0,79)		**	**
Рост (м)	1,63 (0,01)	1,62 (0,01)	1,64 (0,01)
ИМТ (кг/м2)	36,22 (0,62)	34,94 (0,77)	22,03 (0,31)		**	**
ОТ (см)	98,67 (1,05)	79,50 (0,98)	68,95 (0,51)	**	**	**
ОБ  см)	114,47(0,84)	117,22(0,78)	93,24 (0,95)	**	**	**
ОТ/ОБ (отн.ед.)	0,86 (0,01)	0,73 (0,01)	0,72 (0,01)	**	**	**

Примечание: 1) для статистического анализа использован критерий инверсий; 2) * — p < 0,05; ** — p < 0,01.

Note: 1) Inversion criterion was used for statistical analysis; 2) * — p < 0.05; ** — p < 0.01.

ОЭК-АТ характеризовался статистически значимым увеличением показателя ОТ и соответствующим ростом индекса ОТ/ОБ выше 0,80–0,82 отн. ед. ОЭК-ГТ отличался существенно значимым увеличением показателя ОБ, что приводило к уменьшению индекса ОТ/ОБ ниже 0,80–0,82 отн. ед.

При проведении электронейромиографического исследования было установлено, что из трех компонентов МР наиболее информативными в аспекте проводимого исследования явились показатели R2 компонента. Применительно к обследуемому контингенту больных не было обнаружено существенных различий характеристик МР в зависимости от стороны раздражения и регистрации, поэтому для анализа использовались усредненные величины, рассчитываемые для каждого показателя как среднее арифметическое всех измерений справа и слева.

У больных с ОЭК-ГТ было установлено значительное увеличение длительности R2 компонента МР (44,1 (1,5) мс) (p < 0,01), сокращение его латентности (35,5 (0,8) мс) (p < 0,05) и уменьшение порога (1,9 (0,1) мА) (p < 0,01), по сравнению с показателями здоровых испытуемых (табл. 3).

Таблица 3. Показатели R2 компонента МР у больных с ОЭК — M(SD)

Table 3. Indices of R2 component of BR in patients with ECO — M(SD)

Показатели	ЭКО-АТ (n = 116)	ЭКО-ГТ (n = 172)	Здоровые (n=45)	P1-2	P1-3	P2-3
	1	2	3
Длительность (мс)	38,1 (1,7)	44,1 (1,5)	35,1 (0,9)	**	**	**
Латентность (мс)	34,5 (0,9)	35,5 (0,8)	37,9 (0,8)		**	**
Порог (мА)	2,0 (0,1)	1,9 (0,1)	2,3 (0,1)		**	*

Примечание: 1) для статистического анализа использован критерий инверсий; 2) * — p < 0,05; ** — p < 0,01.

Note: 1) Inversion criterion was used for statistical analysis; 2) * — p < 0.05; ** — p < 0.01.

Рост показателя длительности R2 компонента являлся существенным, а сам тип ответа МР мог быть определен как гипервозбудимый (рис. 1).

Рисунок 1. МР больная В. с ОЭК-ГТ (R2 компонент отмечен прямоугольником, другие комментарии в тексте)

Figure 1. BR in patient B. with OEC-GT (R2 component is marked with a rectangle, other comments are in the text)

У пациентов с ОЭК-АТ было установлено аналогичное, но менее значимое увеличение длительности R2 компонента МР (38,1 ± 1,7 мс) (p < 0,01), сокращение латентности (34,5 ± 0,9 мс) (p < 0,01) и уменьшение порога (2,0 ± 0,1 мА) (p < 0,05).

Обращает внимание, что показатель длительности МР в группе ОЭК-ГТ был существенно больше и отличался от такового в группе ОЭК-АТ (p < 0,01).

Также установлена прямая статистически значимая корреляция уровня полисинаптической рефлекторной возбудимости со степенью тяжести ожирения (r = 0,75, p < 0,05).

Таким образом, полученные данные характеризуют роль недостатка процессов торможения в ЦНС и функционального дефицита сенсомоторного компонента в механизмах развития ОЭК. Недостаток процессов торможения в ЦНС характеризует недостаток процессов управления с наступлением функциональной дезинтеграции и расстройством супрасегментарного двигательного и сенсорного контроля, вегетативной и психоэмоциональной реактивности, нарушения когнитивных программ, включая пищевое поведение.

По мере роста степени ожирения, а также при более неблагоприятном патогенетическом типе ОЭК, выраженность изменений полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга также увеличивается.

Следует отметить, что исследование МР является информативным и удобным нейрофизиологическим тестом для оценки функционирования надсегментарных отделов ЦНС у больных с ОЭК. Регистрация МР методически проста, его также отличает хорошая переносимость, что позволяет широко применять данный тест в практике проведения лечебных мероприятий и мониторинга у больных с ОЭК.

Выводы

Исследование полисинаптической рефлекторной возбудимости ствола головного мозга путем электронейромиографического тестирования МР показывает роль дисфункции надсегментарных отделов ЦНС в развитии и прогрессировании ОЭК.

Указанное диктует необходимость использования данного метода в комплексном исследовании пациентов с ОЭК.

Лечение ОЭК требует интегративного подхода с учетом всех актуальных механизмов развития и прогрессирования патологического процесса, включая установленные изменения функционального состояния надсегментарных отделов ЦНС.

Якупова А.А.

https://orcid.org/0000-0002-5283-8820

Никишова Т.В.

https://orcid.org/0000-0002-0302-2251

Бусургина Е.А.

https://orcid.org/0009-0005-8828-8663

Халитова Л.А.

https://orcid.org/0009-0006-4139-9224

 Литература

1. Obesity and Overweight, 2021. Text: electronic // World Health Organization: web site. — URL: https://www.who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/obesity-and-overweight (дата обращения: 20.05.2024).
2. Hales C.M., Carroll M.D., Fryar C.D., Ogden C.L. Prevalence of obesity and severe obesity among adults: United States, 2017–2018 // NCHS Data Brief, No. 360. Hyattsville, MD: National Center for Health Statistics. 2020. – URL: https://www.cdc.gov/nchs/data/databriefs/db360-h.pdf (дата обращения: 29.05.2024).
3. Шарафетдинов Х.Х. Ожирение как глобальный вызов XXI века: лечебное питание, профилактика и терапия // Вопросы питания. — 2020. — Т. 89, № 4. — С. 161–171.
4. Логвинова О.В., Пойдашева А.Г., Бакулин И.С. и др. Современные представления о патогенезе ожирения и новых подходах к его коррекции // Ожирение и метаболизм. — 2018. — № 15 (2). — С. 11–16.
5. Schwartz M.W., Seeley R.J., Zeltser L.M. et al. Obesity pathogenesis: an endocrine society scientific statement // Endocrine reviews. — 2017. — Vol. 38 (4). — P. 267–296.
6. O’Brien P.D., Hinder L.M., Callaghan B.C. et al. Neurological consequences of obesity // Lancet Neurol. — 2017. — Vol. 16 (6). — P. 465–477. DOI: 1016/S1474-4422(17)30084-4
7. Сафиуллина А.А., Сафиуллина Г.И., Якупов Р.А. Изучение полисинаптической рефлекторной возбудимости и соматосенсорных вызванных потенциалов у пациентов с миофасциальным болевым синдромом // Российский остеопатический журнал. — 2021. — № 3. — С. 31–40.
8. Timper K., Brüning J.C. Hypothalamic circuits regulating appetite and energy homeostasis: pathways to obesity // Dis. Model Mech. — — Vol. 10 (6). — P. 679–689.
9. Sewaybricker L.E., Huang A., Chandrasekaran S. et al. The significance of hypothalamic inflammation and gliosis for the pathogenesis of obesity in humans// Endocr. Rev.— — Vol. 44 (2). — P. 281–296. DOI: 10.1210/endrev/bnac023
10. Антонова К.В., Танашян М.М., Раскуражев А.А. и др. Ожирение и нервная система // Ожирение и метаболизм. — 2024. — № 21 (1). — С. 68–78. DOI: 14341/omet13019
11. Дедов И.И., Мокрышева Н.Г., Мельниченко Г.А. и др. Ожирение. Клинические рекомендации // Consilium Medicum. — 2021. — № 23 (4). — С. 311–325. DOI: 10.26442/20751753.202 1.4.200832
12. Мавлютова Р.А., Якупов Р.А., Рашитов Л.З. и др. Физиологический аспект и диагностическая значимость медленно-волнового колебания мигательного рефлекса // Медицинский академический журнал. — 2017. — Т. 17, № 2. — С. 87–91.
13. Медведева Л.А., Сыровегин А.В., Авакян Г.Н. и др. Методология исследования мигательного рефлекса и его нормативные параметры // Журнал неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. — 2011. — Т. 111, № 1. — С. 62–67.
14. Исмагилов М.Ф., Якупов Р.А., Якупова А.А. Головная боль напряжения. — Казань: Медицина, 2001. — 132 с.
15. Медик В.А., Токмачев М.С., Фишман Б.Б. Статистика в медицине и биологии. Руководство в 2 т. — М.: Медицина, 2000. — 764 с.
16. Румянцев П.О. Статистические методы анализа в клинической практике. — Обнинск: ГУ РМНЦ РАМН, 2014. — 46 с.

REFERENCES

1. Obesity and Overweight, 2021. Text: electronic // World Health Organization: web site, available at: https://www.who.int/ru/news-room/fact-sheets/detail/obesity-and-overweight (accessed on: 20.05.2024).
2. Hales C.M., Carroll M.D., Fryar C.D., Ogden C.L. Prevalence of obesity and severe obesity among adults: United States, 2017–2018 // NCHS Data Brief, No. 360. Hyattsville, MD: National Center for Health Statistics. 2020, available at: https://www.cdc.gov/nchs/data/databriefs/db360-h.pdf (accessed on: 29.05.2024).
3. Sharafetdinov Kh.Kh. Obesity as a global challenge of the 21st century: therapeutic nutrition, prevention and therapy. Voprosy pitaniya, 2020, vol. 89, no. 4, pp. 161–171 (in Russ.).
4. Logvinova O.V., Poydasheva A.G., Bakulin I.S. et al. Modern concepts of the pathogenesis of obesity and new approaches to its correction. Ozhirenie i metabolizm, 2018, no. 15 (2), pp. 11–16 (in Russ.).
5. Schwartz M.W., Seeley R.J., Zeltser L.M. et al. Obesity pathogenesis: an endocrine society scientific statement. Endocrine reviews, 2017, vol. 38 (4), pp. 267–296.
6. O’Brien P.D., Hinder L.M., Callaghan B.C. et al. Neurological consequences of obesity. Lancet Neurol, 2017, vol. 16 (6), pp. 465–477. DOI: 10.1016/S1474-4422(17)30084-4
7. Safiullina A.A., Safiullina G.I., Yakupov R.A. Study of polysynaptic reflex excitability and somatosensory evoked potentials in patients with myofascial pain syndrome. Rossiyskiy osteopaticheskiy zhurnal, 2021, no. 3, pp. 31–40 (in Russ.).
8. Timper K., Brüning J.C. Hypothalamic circuits regulating appetite and energy homeostasis: pathways to obesity. Dis. Model Mech, 2017, vol. 10 (6), pp. 679–689.
9. Sewaybricker L.E., Huang A., Chandrasekaran S. et al. The significance of hypothalamic inflammation and gliosis for the pathogenesis of obesity in humans. Endocr. Rev, 2023, vol. 44 (2), pp. 281–296. DOI: 10.1210/endrev/bnac023
10. Antonova K.V., Tanashyan M.M., Raskurazhev A.A. et al. Obesity and the nervous system. Ozhirenie i metabolizm, 2024, no. 21 (1), pp. 68–78 (in Russ.). DOI: 10.14341/omet13019
11. Dedov I.I., Mokrysheva N.G., Mel’nichenko G.A. et al. Obesity. Clinical guidelines. Consilium Medicum, 2021, no. 23 (4), pp. 311–325 (in Russ.). DOI: 10.26442/20751753.202 1.4.200832
12. Mavlyutova R.A., Yakupov R.A., Rashitov L.Z. et al. Physiological aspect and diagnostic significance of slow-wave oscillation of the blink reflex. Meditsinskiy akademicheskiy zhurnal, 2017, vol. 17, no. 2, pp. 87–91 (in Russ.).
13. Medvedeva L.A., Syrovegin A.V., Avakyan G.N. et al. Methodology for studying the blink reflex and its normative parameters. Zhurnal nevrologii i psikhiatrii im. S.S. Korsakova, 2011, vol. 111, no. 1, pp. 62–67 (in Russ.).
14. Ismagilov M.F., Yakupov R.A., Yakupova A.A. Golovnaya bol’ napryazheniya [Tension headache.]. Kazan: Meditsina, 2001. 132 s.
15. Medik V.A., Tokmachev M.S., Fishman B.B. Statistika v meditsine i biologii. Rukovodstvo v 2 t. [Statistics in medicine and biology. Guide in 2 volumes]. Moscow: Meditsina, 2000. 764 p.
16. Rumyantsev P.O. Statisticheskie metody analiza v klinicheskoy praktike [Statistical methods of analysis in clinical practice]. Obninsk: GU RMNTs RAMN, 2014. 46 p.