А.В. ЛАРЮКОВ^1,2, Е.К. ЛАРЮКОВА²

¹Республиканский клинический онкологический диспансер МЗ РТ, 420029, г. Казань, Сибирский тракт, д. 29

²Казанская государственная медицинская академия, 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, д. 36 

Ларюков Андрей Викторович ― кандидат медицинских наук, заведующий ОЛД, доцент кафедры ультразвуковой диагностики, ассистент кафедры онкологии, радиологии и паллиативной медицины, тел. (843) 525-72-32, e-mail: larioukov@mail.ru

Ларюкова Елена Константиновна ― кандидат медицинских наук, доцент кафедры лучевой диагностики, тел. +7-962-555-78-01, e-mail: elaryukova@icloud.com

Адекватное использование методов лучевой и ядерной диагностики костных метастазов у больных периферическим немелкоклеточным раком легкого способствует уточнению стадии опухолевого процесса и выбору адекватной тактики лечения. В статье представлены результаты использования комплекса современных методов лучевой и ядерной диагностики (ОФЭКТ/КТ, ПЭТ/КТ с фтордезоксиглюкозой ― ФДГ) у 71 пациента с периферическим немелкоклеточным раком легкого с целью выявления костных метастазов. Проведена оценка диагностических возможностей ОФЭКТ/КТ и ПЭТ/КТ с ФДГ.

Ключевые слова: однофотонная эмиссионная томография (ОФЭКТ), позитронно-эмиссионная томография (ПЭТ), периферический немелкоклеточный рак легкого (ПНРЛ), метастазы, кости.

 

A.V. LARYUKOV^1,2, E.K. LARYUKOVA²

¹Tatarstan Cancer Center, 29 Sibirskiy Trakt, Kazan, Russian Federation, 420029

²Kazan State Medical Academy, 36 Butlerov St., Kazan, Russian Federation, 420012

Modern possibilities of methods of radiation and nuclear diagnostic for detection of bone metastases in non-small cell lung carcinoma 

Laryukov A.V. ― Cand. Med. Sc., Head of the Radiology Departmrnt, Assistant Professor of the Department of Ultrasonic Diagnostics, Assistant of the Department of Oncology, Radiology and Palliative Medicine, tel. (843) 525-72-32, e-mail: larioukov@mail.ru

Laryukova E.K. ― Cand. Med. Sc., Associate Professor of Radiation Diagnosis, tel. +7-962-555-78-01, e-mail: elaryukova@icloud.com

Intended use of methods of radiation and nuclear diagnostic for detection of bone metastases in peripheral non-small cell lung cancer help to clarify the tumor stage and to choose adequate treatment strategy. The article presents the results of using a complex of modern methods of radiation and nuclear diagnostics (SPET/CT, PET/CT with fluorodeoxyglucose) in 71 patients with peripheral non-small cell lung cancer to detect bone metastases. The evaluation of the diagnostic capabilities of SPET/CT, PET/CT with fluorodeoxyglucose is presented.

Key words: single-photon emission tomography (SPET), positron emission tomography (PET), peripheral non-small cell lung cancer (PNSCLC), metastases, bones.

 

Данные о метастатическом поражении скелета у больных с периферическим раком легкого разноречивы и, по данным различных авторов, их частота составляет от 15 до 70% [1, 2]. Детальных сведений о частоте костных метастазов периферического немелкоклеточного рака легкого (ПНРЛ) в доступной литературе мы не встретили. Рядом авторов отмечена тенденция к возникновению костных метастазов при ранних стадиях рака легкого и возможность их бессимптомного течения [3, 4]. Это необходимо иметь в виду при определении показаний к хирургическому лечению рака легкого, которое целесообразно лишь в случае отсутствия отдаленных, в том числе костных метастазов. Раннее выявление костных метастазов улучшает выживаемость после проведенного хирургического лечения [5]. Согласно нашим данным, вторичное поражение скелета у больных с периферическим немелкоклеточным раком легкого составляет около 50% [6], причем нередко костные метастазы протекают малосимптомно, или бессимптомно, и их частота не коррелирует с размером первичной опухоли [6, 7].

В настоящее время существует широкий арсенал методов лучевой и ядерной диагностики, которые с большим или меньшим успехом используются для выявления костных метастазов у онкологических пациентов [2, 8, 9]. Адекватное использование различных диагностических методов, в том числе у потенциально операбельных больных ПНРЛ способствует уточнению стадии заболевания и выбору оптимальной лечебной тактики.

Необходимо отметить отсутствие единой точки зрения на целесообразность и последовательность использования современных методов лучевой и ядерной диагностики, таких как позитронно-эмиссионная томография с фтордезоксиглюкозой (ФДГ), совмещенная с рентгеновской компьютерной томографией (ПЭТ/КТ), и однофотонная эмиссионная компьютерная томография, совмещенная с рентгеновской компьютерной томографией (ОФЭКТ/КТ) с учетом их диагностических возможностей в различных клинических ситуациях и в зависимости от технической оснащенности.

Цель исследования ― провести сравнительный анализ диагностических возможностей ПЭТ/КТ с ФДГ и ОФЭКТ/КТ в выявлении костных метастазов у больных ПНРЛ.

Методы исследования

ПЭТ/КТ исследования выполнялись на совмещенных диагностических системах Discovery 600/690 (General Electric, USA). Использовался протокол «Whole body», включающий последовательное диагностическое КТ-сканирование и позитронно-эмиссионноую томографию. В зону исследования входила область тела от козелков ушных раковин до средней трети бедер. В ряде случаев обследуемым при проведении КТ части протокола болюсно вводился неионный рентгеноконтрастный препарат в количестве 100-120 мл. Для полного расправления легких пациентам в артериальную фазу КТ-исследования предлагалось сделать глубокий вдох. ПЭТ сканирование включало 5-6 зон по 3-5 минут каждая. Анализ полученных данных проводился с учетом просмотра КТ, ПЭТ и совмещенных ПЭТ/КТ изображений. КТ-томограммы оценивались визуально в каждой фазе с использованием мультиплоскостных реконструкций с обязательным измерением размеров очагов и денситометрических показателей по шкале Хаунсфильда. ПЭТ-данные оценивались визуально с учетом интенсивности накопления РФП по цветовым шкалам и полуколичественным методом с определением стандартизированного уровня накопления РФП (Standardized Uptake Value, SUV), оценивался SUVmax. Для получения совмещенных ПЭТ/КТ изображений применяли прикладной программный пакет «Fusion». Основные характеристики патологических очагов включали: локализацию, размеры, соотношение с соседними структурами, наличие и интенсивность гиперфиксации радиофармпрепарата.

ПЭТ-КТ выполнялась с радиофармпрепаратом (РФП) 18F-фтордезоксиглюкозой (18F-ФДГ), который вводился внутривенно в дозе 370-480 МБк. После введения пациенты для накопления 18F-ФДГ в клетках в течение 60-90 мин. находились в максимально расслабленном состоянии. Непосредственно перед исследованием пациенты опорожняли мочевой пузырь. При необходимости для дифференциальной диагностики воспалительного и опухолевого процессов выполнялось отсроченное ПЭТ исследование через 120-180 мин.

ОФЭКТ/КТ с 99Тс-технетрилом проводилась на гибридной системе SimbiaТ16 (Siemens, Германия) c 16-срезовой конфигурацией КТ. Получение сцинтиграфического изображения всего тела проводилось в режиме Whole Body.

Использовались следующие параметры компьютерной томографии: коллимация ― 16х0,75, толщина среза ― 2 мм, шаг спирали ― 1 мм. ОФЭКТ: матрица 128х128, 32 угла, время записи одной проекции составляло 30-40 секунд. Исследование проводилось в положении лежа на спине с использованием коллиматоров высоких энергий (HEGP). Продолжительность однофотонной эмиссионной компьютерной томографии (ОФЭКТ) составляет 10-15 минут. Общая длительность исследования составляла 20-25 минут.

В дальнейшем КТ и ОФЭКТ-сканы обрабатывались с применением пакета программного обеспечения «Fusion», который дает возможность одновременно визуализировать данные ОФЭКТ и КТ. Результаты исследования оценивались во фронтальных, сагиттальных и трансаксиальных плоскостях. Оценка КТ-данных проводилась в различных проекциях и с использованием показателей плотности по шкале Хаундсфилда.

Проводилась статистическая обработка полученных результатов с расчетом чувствительности и специфичности для каждого метода в выявлении костных метастазов.           

Материал исследования

Проведено комплексное обследование 71 больного ПНРЛ. Средний возраст больных составил 62,1±1,2 года, среди них мужчин 51 (72%), женщин ― 20 (28%). Первичная опухоль локализовалась в верхней доле у 41 человека, в нижней доле ― у 30 пациентов. По размеру первичного очага (констриктор «T») пациенты распределились следующим образом: с Т1 — 5 человек, с Т2 — 49 человек, с Т3 — 12, с размером первичного очага Т4 — 5 человек.

По гистологической структуре первичного очага пациенты распределились следующим образом: плоскоклеточный рак — 17 пациентов, аденокарцинома — 41 пациент, крупноклеточный рак ― у 2-х пациентов, низкодифференцированный рак — у 10 пациентов и железисто-плоскоклеточный рак ― у 1 пациента.

Результаты исследования и их обсуждение

Использование методов лучевой и ядерной диагностики позволило выявить костные метастазы у 30 (42,2%) больных ПНРЛ. У пациентов с выявленными костными метастазами проанализированы и сопоставлены результаты ОФЭКТ/КТ и ПЭТ/КТ.

По данным ОФЭКТ/КТ оценивали вероятность метастатического поражения костей, учитывая наличие участков повышенного накопления РФП («горячие очаги»). Процент накопления РФП в очаге вычисляли, проводя сравнение с симметричным участком нормальной костной ткани, по соотношению очаг/фон. Когда этот показатель превышал 15% ― результат расценивался как положительный. При соотношении очаг/фон от 115 до 125% ― оценивали как накопление невысокой интенсивности, от 125 до 160% ― средней интенсивности, и если превышала 160% ― высокой интенсивности.

При анализе данных ОФЭКТ/КТ участки накопления РФП средней и высокой интенсивности сопоставляли с данными РКТ для уточнения структурных изменений костной ткани и их локализации.

Оценка и анализ результатов ПЭТ с 18F-ФДГ основывался на выявлении очагов повышенного захвата радиофармпрепарата. В основе захвата 18F-ФДГ опухолевой тканью лежит усиленный гликолиз (по сравнению с интактной тканью), обусловленный увеличением числа переносчиков глюкозы в клеточной мембране и активностью ферментов гликолитического распада [10, 11].

С целью математической оценки захвата и выведения 18F-ФДГ в метастатических очагах оценивался стандартизованный уровень захвата РФП (SUV), который является полуколичественным показателем (отношение удельной радиоактивности в зоне интереса к удельной введенной радиоактивности). Расчет производится автоматически с использованием программного комплекса. При необходимости проводили отсроченные исследования через 50-90 минут после первичного сканирования, где оценивалось увеличение значения уровня стандартизованного захвата РФП в опухолевых клетках при отсроченном сканировании по сравнению с первым сканированием. Экспозиция при проведении ПЭТ/КТ и ОФЭКТ/КТ не превышала 7 дней.

Результаты обследования 30 больных ПНРЛ с метастатическим поражением костей были подвергнуты детальному анализу. Одиночные метастазы в кости были выявлены у 9 (30%) больных (у 2-х ― в грудину, у 2-х ― в ребра, у 1 — в головку плечевой кости, у 1 — в тело L5, у 3-х ― в кости таза). У 21 (70%) больного были выявлены множественные метастазы, которые локализовались в нескольких отделах скелета.          Оценка распределения метастатического поражения скелета проводилась именно по анатомическим отделам, вне зависимости от количества выявленных в них метастатических очагов.

Анализу подверглись 8 анатомических отделов скелета, в которых было выявлено метастатическое поражение: шейный отдел позвоночника, грудной отдел позвоночника, поясничный отдел позвоночника, кости таза, проксимальные отделы бедренных костей, проксимальные отделы плечевых костей, ключицы и лопатки, ребра и грудина. Кости черепа и дистальные отделы костей верхних и нижних конечностей были исключены из анализируемых данных в связи с отсутствием метастатического поражения указанных зон.

Было проанализировано состояние 240 анатомических отделов скелета у 30 больных ПНРЛ с метастатическим поражением костей.      Использование комплекса методов лучевой и ядерной диагностики позволило выявить поражение 78 анатомических отделов скелета.

Преобладало метастатическое поражение позвоночника — 34 случая (43,6%). Поражение шейного отдела было выявлено у 2 (2,56%) больных, поражение грудного отдела ― у 13 (16,66%) больных, поясничного отдела ― у 19 (24,36%). Поражение костей таза было выявлено у 16 (20,51%) больных, поражение ребер и грудины ― у 15 (19,23%) больных, поражение лопатки и ключицы — у 8 (10,26%) больных, проксимальных отделов плечевых костей ― у 2-х (2,56%) больных и поражение проксимальных отделов бедренных костей ―у 3-х (3,86%) больных.

Распределение метастатического поражения костей скелета по анатомическим областям представлено на рисунке 1. Были сопоставлены также данные ОФЭКТ/КТ и ПЭТ/КТ у пациентов с выявленными костными метастазами по анатомическим отделам скелета (30 больных). При ПЭТ/КТ было выявлено поражение 77 (98,7%) анатомических областей. В 1 (1,3%) случае по данным ПЭТ был получен ложноотрицательный результат, обусловленный выявленным впоследствии единичным склеротическим очагом в лонной кости размером 7 мм. Однако, по данным ОФЭКТ/КТ, у данного пациента было отмечено повышенное накопление РФП, соответственно небольшому очагу склероза в лонной кости. При повторном анализе ПЭТ/КТ исследования обратил на себя внимание участок склероза с невысоким уровнем захвата РФП (SUV=2,2), который при первичном анализе не был расценен, как очаг вторичного поражения. Однако следует отметить, что у данного пациента при ПЭТ/КТ и ОФЭКТ/КТ было также выявлено поражение ребра смешанного характера. А при динамическом наблюдении (через 3 месяца) было отмечено незначительное увеличение размеров очага в лонной кости, повышение значений SUV до 4,4, а изменения костной структуры носили смешанный характер с наличием как склеротического, так и невыраженного литического компонента. Ложноположительных результатов ПЭТ/КТ в данной группе обследованных пациентов выявлено не было.

Рисунок 1. 

Локализация метастатического поражения костей скелета у больных ПНРЛ по анатомическим областям

 

При проведении ОФЭКТ/КТ было выявлено метастатическое поражение 71 (91%) анатомической области скелета. Ложноотрицательные результаты были получены в 7 (9%) случаях. В 3-х случаях ложноотрицательные данные были связаны с наличием литических очагов размером менее 5 мм, локализовавшихся в теле С5 позвонка, остистом отростке L5 и в теле подвздошной кости в непосредственной близости к вертлужной впадине. В 4-х случаях ложноотрицательные результаты были обусловлены наличием литических очагов, которые локализовались в лопатке, теле Th12, крестце и лонной кости.

Ложноположительные результаты ОФЭКТ/КТ были получены в 18 (7,5%) случаях при оцеке 240 анатомических областей скелета. Очаги повышенного накопления РФП невысокой и средней интенсивности, в этих случаях, преимущественно соответствовали зонам неравномерного склероза с наличием формирующихся участков кистовидной перестройки костной структуры в субхондральных отделах тел и суставных отростков позвонков, субхондральных отделах головки плечевой кости и в теле подвздошной кости, и расценивались как подозрительные на наличие метастатического поражения. А при динамическом наблюдении, и повторном анализе результатов исследования выявленные изменения были расценены как дегенеративно-дистрофические изменения. При сопоставлении с данными ПЭТ/КТ в указанных анатомических зонах не было выявлено очагов повышенной метаболической активности, а также при последующих исследованиях не было выявлено отрицательной динамики изменений (рис. 2).

Рисунок 2. 

Сравнительные характеристики ПЭТ/КТ и ОФЭКТ/КТ в выявлении косных метастазов у больных ПНРЛ

 

На основании данных комплексного обследования пациентов ПНРЛ чувствительность ПЭТ/КТ с ФДГ в выявлении костных метастазов составила 98,7%, специфичность метода составила 100%, диагностическая точность метода составила 99,6%.

Чувствительность ОФЭТ/КТ в выявлении костных метастазов ПНРЛ составила 91%, специфичность метода составила 88,9%, диагностическая точность метода ― 87%.

В качестве иллюстрации приводим наблюдение пациента З. (69 лет).

При флюорографии в S2 правого легкого субплеврально установлено многоузловое объемное образование 50х40 мм. МРТ органов грудной клетки с в/в контрастированием: В S2 правого легкого бугристое с лучистыми контурами умеренно неоднородной структуры образование 45х44х48 мм, с тяжистостью к костальной плевре, последняя неравномерно локально утолщена. Данных за увеличение средостенных л/узлов не выявлено. Гистологи-ческое заключение: Аденокарцинома.

ОФЭКТ/КТ: Определяется единичный очаг патологической фиксации РФП в головке правой плечевой кости. Соответственно очагу, субкортикально в дорсальных отделах головки правой плечевой кости определяется участок неравномерной деструкции с наличием в данной области краевых разрастаний, несколько деформирующих контур головки (рис. 3, 4).

Рисунок 3. 

Остеосцинтиграфия больного З. Единичный очаг патологической фиксации РФП в головке правой плечевой кости

 

Рисунок 4. 

РКТ больного З. Субкортикально в дорсальных отделах головки правой плечевой кости определяется участок неравномерной деструкции с наличием в данной области краевых разрастаний, несколько деформирующих контур головки 

 

ПЭТ/КТ: В S2 правого легкого очаг гиперфиксации ФДГ (SUVmax=6,5), соответственно бугристому объемному образованию 46х44 мм с лучистыми контурами. Метаболически активных увеличенных средостенных узлов не определяется. Определяются очаги патологической фиксации ФДГ (SUVmax=5,6), соответственно краевому участку деструкции костной ткани 15 мм в головке правой плечевой кости, очагу деструкции 3 мм в остистом отростке L5, очагу деструкции 3 мм в теле правой подвздошной кости, очагу деструкции 4 мм кортикально в области правой вертлужной впадины. Определяется гиподенсное очаговое образование 5 мм в теле левого надпочечника с гиперфиксацией ФДГ (SUVmax=3,0). Заключение: Периферический рак верхней доли правого легкого с множественными Мтс в кости, правый надпочечник (рис. 5, 6).

Рисунок 5 а, б. 

ПЭТ/КТ больного З. В S2 правого легкого очаг гиперфиксации ФДГ (SUVmax=6,5), соответственно бугристому объемному образованию 46х44 мм с лучистыми контурами. Метаболически активные увеличенные средостенные узлы не определяются.

Выявлены очаги патологической фиксации ФДГ (SUVmax=5,6), соответственно краевому участку деструкции костной ткани 15 мм в головке правой плечевой кости, очагу деструкции 3 мм в остистом отростке L5, очагу деструкции 3 мм в теле правой подвздошной кости, очагу деструкции 4 мм кортикально в области правой вертлужной впадины

 

Рисунок 6 а, б, в. 

ПЭТ/КТ больного З. Определяются очаги патологической фиксации ФДГ (SUVmax=5,4), соответственно очагу деструкции 3 мм в остистом отростке L5, очагу деструкции 3 мм в теле правой подвздошной кости, очагу деструкции 4 мм кортикально в области правой вертлужной впадины

 

Заключительный диагноз: Периферический рак (аденокарцинома) верхней доли правого легкого. Множественные метастазы в головку правой плечевой кости, остистый отросток L5, тело правой подвздошной кости, левый надпочечник. Аденокарцинома. T3N0M1.

Таким образом, использование комплекса методов лучевой и ядерной диагностики позволило уточнить распространенность и стадию опухолевого процесса и выбрать адекватную тактику лечения.

ПЭТ/КТ с ФДГ позволила дополнительно обнаружить небольшие метастатические очаги (деструкция) в остистом отростке L5 (3 мм), теле правой подвздошной кости (3 мм), области правой вертлужной впадины (4 мм), не визуализируемые при ОФЭКТ, и практически не дифференцируемые при нативной РКТ. А также выявить метастатическое поражение левого надпочечника.

Заключение

ПЭТ/КТ с ФДГ обладает высокой диагностической ценностью в диагностике костных метастазов периферического немелкоклеточного рака легкого. В нашем исследовании чувствительность ПЭТ/КТ с ФДГ в выявлении костных метастазов ПНРЛ составила 98,7%, специфичность метода составила 100%, диагностическая точность метода составила 99,6%.

Чувствительность ОФЭТ/КТ в выявлении костных метастазов ПНРЛ составила 91%, специфичность метода составила 88,9%, диагностическая точность метода ― 87%.

Необходимо проведение дальнейших исследований для определения места методов лучевой и ядерной диагностики в алгоритме обследования больных ПНРЛ с целью выявления костных метастазов.

   

        

ЛИТЕРАТУРА

1. Давыдов М.И., Аксель Е.М. Заболеваемость злокачественными новообразованиями населения России и стран СНГ в 2006 г. // Вестник российского онкологического научного центра им. Н.Н. Блохина РАМН. ― 2008. ― Т. 19. ― С. 52-57.

2. Pearce T., Philips S., Brown J. et al. Bone metastases from prostate, breast and multiple myeloma: differences in lesion conspicuity at short inversion recovery and diffusion-weighted MRI // Br. J. Radiology. ― 2012. ― №85 (1016). ― P. 1102-1106.

3. Clain C. The role of radiologic screening of lung cancer // Radiol. Clin. North. America. ― 1990. ― №28. ― P. 489-495.

4. Tarynos K., Garcia O., Karr B. et al. A correlation study of bone scanning with clinical and laboratory findings in the staging of non-small-cell lung cancer // Clin. Nucl. Med. ― 1991. ― №16 (2). ― P. 107-109.

5. Труфанов Г.Е., Рязанов В.В., Дергунова Н.И. с соавт. Совмещенная позитронно-эмиссионная и компьютерная томография (ПЭТ/КТ) в онкологии. ― М., 2007. ― 127 с.

6. Ларюков А.В., Ларюкова Е.К. Лучевые методы диагностики в оценке распространенности периферического немелкоклеточного рака легкого // Казанский медицинский журнал. ― 2015. ― Т. 96, №1. ― С. 16-21.

7. Трахтенберг А.Х., Франк Г.Н., Поддубный В.В. Особенности диагностики и лечения крупноклеточного рака легкого // Российский онкологический журнал. ― 2007. ― №3. ― С. 4-8.

8. Шавладзе З.Н., Березовская Т.П., Неледов Д.В. с соавт. Диагностика метастатического поражения скелета у больных раком молочной железы: сравнительная оценка МРТ всего тела и сцинтиграфии скелета // Медицинская визуализация. ― 2008. ― №3. ― С. 105-116.

9. Сергеев Н.И., Фомин Д.К., Котляров П.М. с соавт. Сравнительное исследование возможностей остеосцинтиграфии и магнитно-резонансной томографии всего тела в диагностике костных метастазов // Медицинская визуализация. ― 2014. ― №4. ― С. 107-113.

10. Ширяев С.В. Опыт применения и перспективы ПЭТ в онкологии // Лучевая диагностика и интервенционная радиология в клинической онкологии. Европейская школа по онкологии. ― М., 2006. ― С. 24-34.

11. Phelps M., Cherry S. The changing design of positron imaging systems // Clinical Positron Imaging. ―1998. ― №1. ― P. 31-45.

 

REFERENCES

1. Davydov M.I., Aksel’ E.M. The incidence of malignant tumors in Russia and CIS countries the population in 2006. Vestnik rossiyskogo onkologicheskogo nauchnogo tsentra im. N.N. Blokhina RAMN, 2008, vol. 19, pp. 52-57 (in Russ.).

2. Pearce T., Philips S., Brown J. et al. Bone metastases from prostate, breast and multiple myeloma: differences in lesion conspicuity at short inversion recovery and diffusion-weighted MRI. Br. J. Radiology, 2012, no. 85 (1016), pp. 1102-1106.

3. Clain C. The role of radiologic screening of lung cancer. Radiol. Clin. North. America, 1990, no. 28, pp. 489-495.

4. Tarynos K., Garcia O., Karr B. et al. A correlation study of bone scanning with clinical and laboratory findings in the staging of non-small-cell lung cancer. Clin. Nucl. Med, 1991, no. 16 (2), pp. 107-109.

5. Trufanov G.E., Ryazanov V.V., Dergunova N.I. et al. Sovmeshchennaya pozitronno-emissionnaya i komp’yuternaya tomografiya (PET/KT) v onkologii [Combined positron emission and computed tomography (PET/CT) in oncology]. Moscow, 2007. 127 p.

6. Laryukov A.V., Laryukova E.K. Beam diagnostic methods to assess the prevalence of peripheral NSCLC. Kazanskiy meditsinskiy zhurnal, 2015, vol. 96, no. 1, pp. 16-21 (in Russ.).

7. Trakhtenberg A.Kh., Frank G.N., Poddubnyy V.V. Diagnosis and treatment of large cell carcinoma lung. Rossiyskiy onkologicheskiy zhurnal, 2007, no. 3, pp. 4-8 (in Russ.).

8. Shavladze Z.N., Berezovskaya T.P., Neledov D.V. et al. Diagnosis of metastatic involvement of the skeleton in patients with breast cancer: a comparative evaluation of MRI and whole-body scintigraphy skeleton. Meditsinskaya vizualizatsiya, 2008, no. 3, pp. 105-116 (in Russ.).

9. Sergeev N.I., Fomin D.K., Kotlyarov P.M. et al. Comparative study opportunities bone scan and magnetic resonance imaging of the whole body in the diagnosis of bone metastases. Meditsinskaya vizualizatsiya, 2014, no. 4, pp. 107-113 (in Russ.).

10. Shiryaev S.V. Opyt primeneniya i perspektivy PET v onkologii [Experience of application and prospects of PET in oncology]. Luchevaya diagnostika i interventsionnaya radiologiya v klinicheskoy onkologii. Evropeyskaya shkola po onkologii. Moscow, 2006. Pp. 24-34.

11. Phelps M., Cherry S. The changing design of positron imaging systems. Clinical Positron Imaging, 1998, no. 1, pp. 31-45.