УДК 616.1:316.728:612.751.3:616-007.17:618.179

М.Ю. СМЕТАНИН¹, Д.В. ОПОЛОНСКИЙ²

 ¹Республиканский клинико-диагностический центр МЗ УР, г. Ижевск

²Ижевская государственная медицинская академия МЗ РФ, г. Ижевск

Контактная информация:

Сметанин Михаил Юрьевич — к.м.н., врач-рентгенолог

Адрес: 426009, г. Ижевск, ул. Ленина, 87Б, тел.: +7-912-856-03-33, e—mail: Juvenator1977@yandex.ru

Цель исследования — изучение особенностей вегетативного статуса и показателей качества жизни у пациенток репродуктивного возраста с НДСТ.

Материал и методы. Обследовано 88 пациенток (средний возраст составил 25,0 ± 6,5 года) с НДСТ. Контрольную группу составили 100 практически здоровых женщин без признаков НДСТ (средний возраст 26,6 ± 5,4 года). У всех пациенток с НДСТ наблюдался дефицит 25(OH)D. В группе женщин с НДСТ диагностировалось значимое уменьшение содержания магния в сыворотке крови и ротовой жидкости в сравнении с контрольной группой (p = 0,001). Пациентки получали лечение препаратами Магнерот (Wörwag Pharma, GmbH&Co., KG, Германия) и Фортедетрим (MEDANA PHARMA, SA, Польша) в течение 8 недель. После 8 недель терапии препаратом Фортедетрим содержание витамина D (25(OH)D) в сыворотке крови достигло референсных значений и составило 36,2 ± 5,2 нг/мл (p = 0,001). После 8 недель лечения препаратом Магнерот содержание магния в сыворотке крови и ротовой жидкости также достигло референсных значений и составило 0,95 ± 0,04 ммоль/л и 0,62 ± 0,06 ммоль/л соответственно (p = 0,001).

Результаты. Полученные результаты свидельствуют о статистически значимом уменьшении уровня личностной тревожности, проявлений депрессии, вегетативных расстройств и улучшение показателей КЖ и значений анкеты ролевых ориентаций деторождения на фоне лечения Магнеротом и Фортедетримом в течение 2 месяцев (p < 0,05).

Выводы. Полученные результаты говорят о необходимости включения препаратов магния и витамина D в программу медицинской реабилитации женщин репродуктивного возраста с НДСТ и обязательного сочетания ее с психологической, с учетом того, что стрессовые состояния и депрессивные расстройства сопровождаются дефицитом магния. Охрана здоровья таких пациенток в условиях становится особенно значимой в условиях катастрофической демографической ситуации в Российской Федерации («демографическая яма»).

Ключевые слова: женщины, недифференцированная дисплазия соединительной ткани, вегетативный статус, качество жизни, опросник ролевых ориентаций деторождения.

 

M.YU. SMETANIN¹, D.V. OPOLONSKIJ²

 ¹Republic Clinical and Diagnostic Center of the Ministry of Healthcare of the Udmurt Republic, Izhevsk

²Izhevsk State Medical Academy, Izhevsk

Features of vegetative status and quality of life in female patients of reproductive age with undifferentiated connective tissue dysplasia

 Contact details:

Smetanin M.Yu. — PhD (medicine), radiologist

Address: 87B Lenin St., Izhevsk, Russian Federation, 426009, tel.: +7-912-856-03-33, e-mail: Juvenator1977@yandex.ru

 The purpose — to study the features of vegetative status and quality of life in female patients of reproductive age with UCTD.

Material and methods. We examined 88 female patients (average age 25.0 ± 6.5 years) with UCTD. The control group consisted of 100 practically healthy women without signs of UCTD (average age 26.6 ± 5.4 years). All patients with UCTD had a deficiency of 25(OH)D. In the group of women with UCTD, a significant decrease in the magnesium content in blood serum and oral fluid was diagnosed in comparison with the control group (p = 0.001). The patients were treated with Magnerot (Worwag Pharma, GmbH&Co., KG, Germany) and Fortedetrim (MEDANA PHARMA, SA, Poland) for 8 weeks. After 8 weeks of therapy with Fortedetrim, vitamin D content (25 (OH)D) in blood serum reached reference values and amounted to 36.2 ± 5.2 ng/ml (p = 0.001). After 8 weeks of treatment with Magnerot, the magnesium content in blood serum and oral fluid also reached reference values and amounted to 0.95 ± 0.04 mmol/l and 0.62 ± 0.06 mmol/l, respectively (p = 0.001).

Results and discussion. The obtained results testify to a statistically significant decrease in the level of personal anxiety, manifestations of depression, autonomic disorders and improvement in QOL and values of the questionnaire of childbearing role orientations against the background of treatment with Magnerot and Fortedetrim for two months (p < 0.05).

Conclusion. The results obtained indicate the need to include magnesium and vitamin D preparations in the program of medical rehabilitation of women of reproductive age with UCTD and its mandatory combination with psychological rehabilitation, taking into account the fact that stressful states and depressive disorders are accompanied by magnesium deficiency. The health protection of such patients becomes especially significant under the catastrophic demographic situation in the Russian Federation («demographic pitfall»).

Key words: women, undifferentiated connective tissue dysplasia, autonomic status, quality of life, questionnaire of childbearing role orientations.

 

Дисфункция вегетативной нервной системы (ВНС) является одним из ведущих клинических проявлений недифференцированной дисплазии соединительной ткани (НДСТ). По мнению Нечаевой Г.И., синдром вегетативной дисфункции (СВД) у больных с НДСТ манифестирует уже в пубертатном периоде и осложняет течение заболевания. Ассоциация СВД с жизнеугрожающими нарушениями сердечного ритма и фатальными сердечно-сосудистыми событиями является прогностически значимой [1]. Представляется особенно важным изучение качества жизни (КЖ) при НДСТ, ввиду высокой частоты встречаемости данной патологии у женщин репродуктивного возраста, полисимптомностью и прогрессирующим течением заболевания [2, 3].

Пациенты с НДСТ относятся к группе повышенного риска развития психоэмоциональный нарушений, ввиду того, что они низко оценивают свои возможности, уровень собственных амбиций, эмоционально лабильны, имеют сниженную работоспособность; кроме того, у них часто диагностируется повышенная тревожность, ранимость, склонность к депрессии / конформизму, что предполагает проведение психолого-коррекционных методик [4, 5].

В связи с вышесказанным, определение КЖ как некоторого интегрального показателя ментального и соматического здоровья имеет решающее значение для создания индивидуальных программ реабилитации.

Цель исследования — изучение особенностей вегетативного статуса и показателей качества жизни у пациенток репродуктивного возраста с НДСТ.

Материал и методы

Обследовано 88 пациенток (средний возраст составил 25,0 ± 6,5 года) с НДСТ. Контрольную группу составили 100 практически здоровых женщин без признаков НДСТ (средний возраст 26,6 ± 5,4 года).

Содержание витамина D в периферической крови у женщин с НДСТ оценивалось по уровню метаболита 25(OH)D (кальцидиола). Проводилось количественное определение 25(OH)D в сыворотке крови методом иммуноферментного анализа (анализатор иммунохемилюминесцентный Immulite 2000, США). Магний (норма 0,73–1,2 ммоль/л) в сыворотке крови определялись на анализаторе Immulite 2000, DPC Cirrus Inc., (США). Оценка уровня магния в слюне проводилась с помощью медицинского биохимического анализатора Техномедика БиАн (АБхФк-02-«НПП-ТМ») с использованием набора Magnesium liquicolor (Human GmbH, Германия). В норме у взрослых мужчин и женщин уровень магния в смешанной слюне составляет 0,4–0,9 ммоль/л, у пожилых может быть несколько выше. У всех пациенток с НДСТ наблюдался дефицит 25(OH)D. В группе женщин с НДСТ диагностировалось значимое уменьшение содержания магния в сыворотке крови и ротовой жидкости, в сравнении с контрольной группой (p = 0,001).

Пациентки получали лечение препаратами Магнерот (Wörwag Pharma, GmbH&Co., KG, Германия) и Фортедетрим (MEDANA PHARMA, SA, Польша). Пациентки принимали Магнерот (500 мг) по 2 таблетки 3 раза в сутки в течение 7 дней, затем по 1 таблетке 3 раза в сутки в течение 8 недель; Фортедетрим — по 2 капсулы (8000 МЕ/сут.) также назначался в течение 8 недель.

Вегетативный статус оценивали с помощью количественного анализа симптомов вегетативной дисфункции (ВД). С целью более объективной оценки вегетативных нарушений выполнялось физикальное исследование, детальный сбор анамнеза (жалобы и ощущения пациенток, симптомы вегетативных нарушений). С целью диагностики ВД обследуемым предлагалось заполнить опросник А.М. Вейна. Наличие СВД считали достоверным при сумме баллов более 25 [6]. Для определения типа вегетативных нарушений определяли индекс Кердо (ИК). ИК = (1 — диастолическое артериальное давление (ДАД)/ЧСС)*100. В случае, когда у пациента диагностируется эйтония (полное вегетативное равновесие), ИК = 0. Если значение ИК положительное — превалирует активность симпатического звена ВНС, при отрицательном значении ИК —парасимпатического. Для изучения состояния ВНС также использовался показатель Хильденбрандта (ПХ). ПХ= ЧСС/ЧДД в минуту. Данный показатель определяет взаимодействие симпатического/парасимпатического отделов ВНС. Значения ПХ в диапазоне 2,8–4,9 говорят о состоянии вегетативного равновесия в организме человека. В случае преобладания симпатикотонии ПХ > 4,9. При преобладании ваготонии ПХ < 2,8 [7, 8].

Для оценки психоэмоционального состояния пациенток использовались опросник HADS (The Hospital Anxiety and Depression Scale; госпитальная шкала тревоги и депрессии), а также русскоязычные версии опросников PHQ-2 и PHQ-9. HADS — самозаполняемый опросник, состоящий из 14 вопросов о тревоге и депрессии за последние две недели, валидизированный в России. Уровень тревоги и депрессии оценивали по полученной сумме баллов на основании ответов на вопросы: 0–7 баллов — нет достоверных признаков тревоги / депрессии; 8–10 баллов — наличие субклинической тревоги / депрессии; 11 баллов и > — клинический уровень тревоги / депрессии [9, 10].

КЖ оценивалось с помощью краткого опросника для оценки КЖ ВОЗ (WHOQOL-BREF), включающего 26 вопросов. Посредством анкетного опроса оцениваются 4 области (сферы), показывающие разные стороны, характеризующие КЖ: 1) физическое здоровье; 2) психологическое здоровье; 3) социальные отношения; 4) окружающая среда [11].

Определение ролевых ориентаций деторождения

Для оценки ролевых ориентаций деторождения (репродуктивной установки) психолог М.Н. Родштейн предложила использовать ролевой опросник деторождения (РОД). Женщины получали на руки список из 40 двуполярных точек зрения, из которых требовалось выбрать определенный вариант ответа (± согласно с полюсом): ± 2 — в полной мере согласна; ± 1 — в какой-то степени согласна; 0 — затрудняюсь ответить. По своей сути анкета РОД — персональный опросник, рассчитанный на определение психологического статуса и репродуктивных установок пациенток фертильного возраста. Анкета включает в себя две двухполюсные шкалы, содержащие 20 высказываний о рождении детей (согласие или несогласие оцениваются в баллах); сумма этих шкал дает общий показатель репродуктивной установки: «1) генофилия — совокупность положительных эмоций и желаний, направленных на рождение детей; генофобия — боязнь и устойчивые переживания; связанные с рождением детей; 2) репродуктивная активность — это действия, направленные на рождение детей, репродуктивная пассивность — это бездействие или противодействие по отношению к рождению детей (контрацепция, аборт)». Итоговое значение определяется по формуле: репродуктивная установка (РУ) = (генофилия – генофобия) + (репродуктивная активность – репродуктивная пассивность) [12].

Статистическая обработка полученных результатов проводилась методами вариационной статистики с использованием программного обеспечения Microsoft Excel 2016 и Statistica 10.0 (Statsoft Russia). Для проверки гипотезы о законе распределения применялся критерий Колмогорова — Смирнова. Результаты представлены в виде M(SD). За уровень статистической значимости в исследовании принимали p < 0,05.

Результаты и обсуждение

Комплексным параметром, свидетельствующим об уровне адаптации больного к его болезни, а также о способности пациента выполнять привычные действия, соответствующие его социально-экономическому положению, является КЖ. С учетом значительной распространенности признаков НДСТ среди женщин репродуктивного возраста (от 26 до 80%, что соответствует таковой в общей популяции) оценка КЖ и определение ролевых ориентаций деторождения (РОД) имеет важное значение для разработки индивидуальных программ реабилитации [13]. В табл. 1 приводятся показатели КЖ, опросника РОД и вегетативного статуса у пациенток репродуктивного возраста с НДСТ и контрольной группы.

Таблица 1. Показатели качества жизни, опросника РОД и вегетативного статуса у пациенток репродуктивного возраста с НДСТ и контрольной группы M(SD)

Table 1. Indices of the quality of life, questionnaire of childbearing role orientations and autonomic status in patients of reproductive age with undifferentiated connective tissue dysplasia and control group M(SD)

Показатель	НДСТ (n = 88)	Контроль (n = 100)	p
HADS-A, баллы	9,21 (2,33)	4,98 (0,19)	0,001*
HADS-D, баллы	5,48 (0,17)	2,56 (0,21)	0,001*
PHQ-9, баллы	7,86 (1,45)	2,42 (0,84)	0,001*
Качество жизни ВОЗ (WHOQOL-BREF), %	56,12 (2,87)	82,04 (3,98)	0,001*
Опросник РОД (Родштейн М.Н.), баллы	28,0 (5,25)	68,0 (4,28)	0,001*
Субъективные симптомы по Вейну, баллы	36,46 (2,21)	10,51 (1,43)
Объективные симптомы по Вейну, баллы	29,17 (3,16)	13,11 (2,14)	0,004*
Индекс Кердо	17,04 (1,19)	11,83 (1,74)	0,002*
Показатель Хильденбрандта	5,38 (0,74)	3,52 (0,48)	0,002*

Примечание: * — статистически значимые различия (p < 0,05).

Note: * — statistically significant differences (p < 0.05)

Как следует из табл. 1, все исследуемые показатели КЖ, опросника РОД и вегетативного статуса в группе НДСТ были значимо ниже, чем в контрольной группе. Средние показатели опросника РОД были значимо выше в контрольной группе, чем в группе НДСТ — 68,0 ± 4,28 vs 28,0 ± 5,25 (p = 0,001). Субъективные и объективные симптомы СВД в контрольной группе находились в пределах референсных значений и составили в среднем 10,51 ± 1,43 и 13,11 ± 2,14 балла соответственно, что статистически значимо меньше, чем в группе НДСТ (p < 0,05). Установлено, что в группе пациенток с НДСТ средний показатель индекса Кердо (ИК) был значимо выше, чем в контрольной группе: 17,04 ± 1,19 vs 11,83 ± 1,74 (p = 0,002), что свидетельствовало о гипертонусе симпатического отдела ВНС.

По шкале HADS-A субклинические тревожные расстройства были выявлены у 51 пациентки с НДСТ (58%), тогда как в контрольной группе субклиническая тревога диагностировалась только у 16 обследованных (16%; p = 0,002). Высокий (клинически значимый) уровень личностной тревожности определялся у 12 пациенток с НДСТ (13,6%) и 4 (4%) обследованных в контрольной группе (p = 0,002). Субклинические депрессивные расстройства по шкале выявлялись у 30 пациенток с НДСТ (34,1%) и только у 8 (8%) обследованных в контрольной группе (p = 0,001). В табл. 2 приводится динамика показателей качества жизни, опросника РОД и вегетативного статуса у пациенток репродуктивного возраста с НДСТ до и после 8 недель терапии Магнерот и Фортедетрим.

Таблица 2. Показатели качества жизни, опросника РОД и вегетативного статуса в группе НДСТ до и после 8 недель терапии Магнерот и Фортедетрим M(SD)

Table 2. Indices of the quality of life, questionnaire of childbearing role orientations and autonomic status in patients of reproductive age with undifferentiated connective tissue dysplasia before and after an 8 weeks long treatment with Magnerot and Fortedetrim M(SD)

Показатель	НДСТ, до терапии (n = 88)	НДСТ, после терапии (n = 88)	p
HADS-A, баллы	9,21 (2,33)	7,14 (1,89)	0,002*
HADS-D, баллы	5,48 (0,17)	4,13 (0,19)	0,003*
PHQ-9, баллы	7,86 (1,45)	5,23 (1,34)	0,001*
Качество жизни ВОЗ (WHOQOL-BREF), %	56,12 (2,87)	72,24 (3,22)	0,002*
Опросник РОД (Родштейн М.Н.), баллы	28,0 (5,25)	54,0 (4,28)	0,001*
Субъективные симптомы по Вейну, баллы	36,46 (2,21)	25,54 (2,48)	0,001*
Объективные симптомы по Вейну, баллы	29,17 (3,16)	19,23 (3,22)	0,002*
Индекс Кердо	17,04 (1,19)	12,08 (1,14)	0,001*
Показатель Хильденбрандта	5,38 (0,74)	3,82 (0,32)	0,004*

Примечание: * — статистически значимые различия (p < 0,05).

Note: * — statistically significant differences (p < 0.05)

Данные табл. 2 демонстрируют статистически значимое уменьшение уровня личностной тревожности, проявлений депрессии, вегетативных расстройств и улучшение показателей КЖ (анкета ВОЗ — WHOQOL-BREF) и значений анкеты ролевых ориентаций деторождения на фоне лечения Магнеротом и Фортедетримом в течение 2 месяцев (p < 0,05).

Следует отметить, что выявлялась высокая позитивная корреляция балльной оценки НДСТ с показателем субшкалы тревоги (r = 0,738, p = 0,0001). Вместе с тем встречаемость жалоб со стороны кардиоваскулярной системы также обнаружила сильную положительную корреляцию со значениями шкалы тревоги (r = 0,728, p = 0,0001).

Также были установлены сильные отрицательные корреляции между содержанием витамина D в сыворотке крови у пациенток с НДСТ с показателями субшкалы тревоги (r = -0,738, p = 0,0001) и опросника PHQ-9 (r = -0,784, p = 0,0001).

После 8 недель лечения препаратом Магнерот содержание магния в сыворотке крови и ротовой жидкости у пациенток с НДСТ достигло референсных значений и составило 0,95 ± 0,04 ммоль/л (до лечения — 0,69 ± 0,08 ммоль/л) и 0,62 ± 0,06 ммоль/л (до лечения — 0,32 ± 0,06 ммоль/л) соответственно (p = 0,001). Содержание 25(OH)D в сыворотке крови у женщин репродуктивного возраста с НДСТ после 8 недель терапии препаратом Фортедетрим также достигло референсных значений и составило 36,2 ± 5,2 нг/мл (до лечения — 8,1 ± 1,4 нг/мл) (p = 0,001).

Выводы

Ввиду значимого снижения всех исследуемых показателей качества жизни и вегетативного статуса, данных опросника ролевых ориентаций деторождения, высокой распространенности субклинической тревоги и депрессии у пациенток с НДСТ, необходимо включить препараты магния и витамина D в программу медицинской реабилитации женщин репродуктивного возраста с НДСТ и обязательно сочетать ее с психологической, , с учетом того, что стрессовые состояния и депрессивные расстройства сопровождаются дефицитом магния [14–16]. Одной из ключевых задач практического здравоохранения остается разработка комплекса профилактических мер, направленных на формирование репродуктивного здоровья женщин и улучшение их репродуктивных установок. Повышение репродуктивных установок молодых женщин с НДСТ крайне важно с учетом коморбидности, характерной для данной патологии. Охрана здоровья таких пациенток становится особенно значимой в условиях катастрофической демографической ситуации в Российской Федерации («демографическая яма»).

Таким образом, оценка качества жизни и вегетативного статуса у пациенток с НДСТ является важной междисциплинарной проблемой практического здравоохранения.

Сметанин М.Ю.

https://orcid.org/0000-0002-7943-8982

Ополонский Д.В.https://orcid.org/0000-0001-9559-2106.

Литература

1. Нечаева Г.И., Викторова И.А. Дисплазия соединительной ткани: терминология, диагностика, тактика ведения пациентов. — Омск: Типография БЛАНКОМ, 2007. — 188 с.
2. Нечаева Г.И., Яковлев В.М., Конев В.П., Друк И.В., Морозов С.Л. Дисплазия соединительной ткани: основные клинические синдромы, формулировка диагноза, лечение // Лечащий врач. — 2008. — № 2. — С. 22–28.
3. Нечаева Г.И., Друк И.В., Карловская Н.Н. Психологический статус пациентов с бронхиальной астмой на фоне дисплазии соединительной ткани // Омский психиатрический журнал. — 2019. — № 3 (21). — С. 10–16.
4. Викторова И.А. Методология курации пациентов с дисплазией соединительной ткани семейным врачом в аспекте профилактики ранней и внезапной смерти: дис. …д-ра мед. наук. — Омск, 2005. — 432 с.
5. Яковлев В.М., Нечаева Г.И. Кардиореспираторные синдромы при дисплазии соединительной ткани — Омск: ОГМА, 1994. —– 217 с.
6. Вейн А.М. Вегетативные расстройства: клиника, лечение, диагностика. — М.: Мед. информационное агентство, 2003. — 749 с.
7. Кашкина Е.И., Федорова М.А. Язвенный колит: критерии и метод прогнозирования очередного обострения // Саратовский научно-медицинский журнал. — 2014. — Т. 10, № 3. — С. 404–407.
8. Maunder R.G., Nolan R.P., Hunter J.J. et al. Relationship between social support and autonomic function during a stress protocol in ulcerative colitis patients in remission // Inflamm Bowel Dis. — 2012. — Vol. 18 (4). — P. 737–742.
9. Погосова Н.В., Довженко Т.В., Бабин А.Г., Курсаков А.А., Выгодин В.А. Русскоязычная версия опросников PHQ-2 и 9: чувствительность и специфичность при выявлении депрессии у пациентов общемедицинской амбулаторной практики // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. — 2014. — № 13 (3). — С. 18–24.
10. Kessler R.C., Chiu W.T., Walters E.E. Prevalence, Severity and Comorbidity of 12-Month DSM-IV Disorders in the National Comorbidity Survey Replication // Arch. Gen. Psychiatry. — 2005. — Vol. 62. — P. 617–627.
11. WHOQOL Group (1998). Development of World Health Organization WHOQOL-Bref quality of life assessment // Psychol Med. — 1998. — Vol. 28. — P. 551–558.
12. Родштейн М.Н. Гендерно-ролевая идентичность как фактор репродуктивной установки женщин: дис. … канд. психол. наук. — Самара, 2006. — 222 с.
13. Нечаева Г.И., Мартынов А.И… Дисплазия соединительной ткани: сердечно-сосудистые изменения, современные подходы к диагностике и лечению. — М.: Медицинское информационное агентство, 2017. — 400 с.
14. Громова О.А. Молекулярные механизмы воздействия магния на дисплазию соединительной ткани // Дисплазия соединительной ткани. — 2008. — № 1. — С. 23–32.
15. Громова О.А., Калачева А.Г., Торшин И.Ю. и др. О диагностике дефицита магния. Ч. 1 // Архивъ внутренней медицины. — 2014. — № 2 (16). — С. 5–10.
16. Громова О.А., Калачева А.Г., Торшин И.Ю. и др. О диагностике дефицита магния. Ч. 2 // Архивъ внутренней медицины. — 2014. — № 3. — С. 6–11.

REFERENCES

1. Nechaeva G.I., Viktorova I.A. Displaziya soedinitel’noy tkani: terminologiya, diagnostika, taktika vedeniya patsientov [Connective tissue dysplasia: terminology, diagnosis, patient management tactics]. Omsk: Tipografiya BLANKOM, 2007. 188 p.
2. Nechaeva G.I., Yakovlev V.M., Konev V.P., Druk I.V., Morozov S.L. Connective tissue dysplasia: main clinical syndromes, diagnosis, treatment. Lechashchiy vrach, 2008, no. 2, pp. 22–28 (in Russ.).
3. Nechaeva G.I., Druk I.V., Karlovskaya N.N. Psychological status of patients with bronchial asthma against the background of connective tissue dysplasia. Omskiy psikhiatricheskiy zhurnal, 2019, no. 3 (21), pp. 10–16 (in Russ.).
4. Viktorova I.A. Metodologiya kuratsii patsientov s displaziey soedinitel’noy tkani semeynym vrachom v aspekte profilaktiki ranney i vnezapnoy smerti: dis. …d-ra med. nauk [Methodology of supervision of patients with connective tissue dysplasia by a family doctor in the aspect of prevention of early and sudden death. Dis. Dr med. sciences]. Omsk, 2005. 432 p.
5. Yakovlev V.M., Nechaeva G.I. Kardiorespiratornye sindromy pri displazii soedinitel’noy tkani [Cardiorespiratory syndromes in connective tissue dysplasia]. Omsk: OGMA, 1994. 217 p.
6. Veyn A.M. Vegetativnye rasstroystva: klinika, lechenie, diagnostika [Autonomic disorders: clinical picture, treatment, diagnosis]. Moscow: Med. informatsionnoe agentstvo, 2003. 749 p.
7. Kashkina E.I., Fedorova M.A. Ulcerative colitis: criteria and method for predicting the next exacerbation. Saratovskiy nauchno-meditsinskiy zhurnal, 2014, vol. 10, no. 3, pp. 404–407 (in Russ.).
8. Maunder R.G., Nolan R.P., Hunter J.J. et al. Relationship between social support and autonomic function during a stress protocol in ulcerative colitis patients in remission. Inflamm Bowel Dis, 2012,  vol. 18 (4),  pp. 737–742.
9. Pogosova N.V., Dovzhenko T.V., Babin A.G., Kursakov A.A., Vygodin V.A. Russian-language version of the PHQ-2 and 9 questionnaires: sensitivity and specificity in identifying depression in patients of general medical outpatient practice. Kardiovaskulyarnaya terapiya i profilaktika, 2014, no. 13 (3), pp. 18–24 (in Russ.).
10. Kessler R.C., Chiu W.T., Walters E.E. Prevalence, Severity and Comorbidity of 12-Month DSM-IV Disorders in the National Comorbidity Survey Replication. Arch. Gen. Psychiatry, 2005, vol. 62, pp. 617–627.
11. WHOQOL Group (1998). Development of World Health Organization WHOQOL-Bref quality of life assessment. Psychol Med, 1998, vol. 28, pp. 551–558.
12. Rodshteyn M.N. Genderno-rolevaya identichnost’ kak faktor reproduktivnoy ustanovki zhenshchin: dis. … kand. psikhol. nauk [Gender-role identity as a factor in women’s reproductive attitudes. Dis. PhD psychol. sciences]. Samara, 2006. 222 p.
13. Nechaeva G.I., Martynov A.I. Displaziya soedinitel’noy tkani: serdechno-sosudistye izmeneniya, sovremennye podkhody k diagnostike i lecheniyu [Connective tissue dysplasia: cardiovascular changes, modern approaches to diagnosis and treatment]. Moscow: Meditsinskoe informatsionnoe agentstvo, 2017. 400 p.
14. Gromova O.A. Molecular mechanisms of the effect of magnesium on connective tissue dysplasia. Displaziya soedinitel’noy tkani, 2008, no. 1, pp. 23–32 (in Russ.).
15. Gromova O.A., Kalacheva A.G., Torshin I.Yu. et al. On the diagnosis of magnesium deficiency. Part 1. Arkhiv vnutrenney meditsiny, 2014, no. 2 (16), pp. 5–10 (in Russ.).
16. Gromova O.A., Kalacheva A.G., Torshin I.Yu. et al. On the diagnosis of magnesium deficiency. Part 2. Arkhiv vnutrenney meditsiny, 2014, no. 3, pp. 6–11 (in Russ.).