УДК 616.13.002.2-004.6

Л.В. ПУЗЫРЁВА¹, Ж.М. АЛИМБЕТОВ¹, М.В. Балабохина², М.А. Привалова³

¹Омский государственный медицинский университет МЗ РФ, г. Омск

²Центр по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями, г. Омск

³Городская клиническая больница скорой медицинской помощи № 2, г. Омск

Контактная информация:

Пузырёва Лариса Владимировна — д.м.н., доцент ВАК, завкафедрой детских инфекционных болезней

Адрес: 644099, г. Омск, ул. Ленина, 12, тел.: +7-913-149-12-32, e-mail: puzirevalv@mail.ru»ru

 Атеросклероз сосудов у пациентов с ВИЧ-инфекцией развивается быстрее и чаще, чем у ВИЧ-негативных больных, несмотря на современную антиретровирусную терапию.

Цель исследования — оценить влияние специфических и неспецифических факторов на развитие атеросклероза и сердечно-сосудистых заболеваний у больных ВИЧ-инфекцией, анализируя литературные данные предыдущих исследований.

Материал и методы. Проведен обзор отечественных и зарубежных исследований за 2013–2026 гг., посвященных изучению атеросклероза у больных ВИЧ-инфекцией. Проанализированы данные клинических наблюдений и метаанализов у инфицированных и неинфицированных пациентов.

Результаты. Атеросклероз у больных ВИЧ-инфекцией рассматривается как мультифакториальный полиэтиологический процесс, в котором сочетаются традиционные факторы риска и специфические, свойственные только этим больным. Центральным патогенетическим звеном является хроническая иммунная активация, которая поддерживает системное воспаление эндотелия. Кроме того, у больных ВИЧ-инфекцией практически всегда выявляется дислипидемия и увеличение свертываемости крови.

У ВИЧ-позитивных чаще выявляются признаки субклинического атеросклероза и нестабильность коронарных атеросклеротических бляшек, а острый коронарный синдром может манифестировать в более молодом возрасте.

Антиретровирусная терапия, с одной стороны, продляет жизнь пациенту, с другой — повышает риск развития заболеваний сердца и сосудов. Активное применение препаратов не снижает степень хронического воспаления в организме, что ведет к ускоренному атерогенезу. Известно о неблагоприятном воздействии некоторых групп антиретровирусной терапии на липидный обмен больных ВИЧ-инфекцией. В связи с этим ВИЧ-инфекция рассматривается как независимый предиктор сердечно-сосудистых заболеваний, что требует ранней диагностики, динамического наблюдения и активной профилактики сердечно-сосудистых осложнений.

Ключевые слова: обзор, ВИЧ-инфекция, сердечно-сосудистые заболевания, факторы риска, кардиотоксичность, антиретровирусная терапия, приверженность

 

L.V. PUZYRYOVA¹, Z.M. ALIMBETOV¹, M.V. BALABOKHINA², M.A. PRIVALOVA³

 ¹Omsk State Medical University, Omsk

²Center for the Prevention and Control of AIDS and Infectious Diseases of the Omsk Region, Omsk

³City Clinical Emergency Hospital No. 2, Omsk

 Features of atherosclerosis in patients with HIV infection in the era of modern antiretroviral therapy

 Contact details:

Puzyreva L.V. — MD, Associate Professor, Head of the Department of Pediatric Infectious Diseases

Address: 2 Lenin St., 644099 Omsk, Russian Federation, tel.: +7-913-149-1232, e-mail: puzirevalv@mail.ru

Vascular atherosclerosis in patients with HIV infection develops faster and more often than in HIV-negative patients, even despite modern antiretroviral therapy.

The purpose — to evaluate the effect of specific and non-specific factors on the development of atherosclerosis and cardiovascular diseases in HIV patients, analyzing the data of previous studies.

Material and methods. We reviewed the Russian and foreign studies of 2013–2026 devoted to atherosclerosis in HIV patients. Data from clinical observations and meta-analyses in infected and uninfected patients were analyzed.

Results. Atherosclerosis in HIV patients is considered a multifactorial polyetiological process involving traditional and specific risk factors. The central pathogenetic factor is chronic immune activation supporting systemic endothelial inflammation. In addition, patients with HIV infection almost always have dyslipidemia and an increased blood clotting.

In HIV-positive people, signs of subclinical atherosclerosis and instability of coronary atherosclerotic plaques are detected more often, and acute coronary syndrome can manifest at a younger age.

On the one hand, antiretroviral therapy prolongs the patient’s life; on the other hand, it increases the risk of heart and vascular diseases. Active use of drugs does not reduce the degree of chronic inflammation in the body, which leads to accelerated atherogenesis. The adverse effects of some groups of antiretroviral therapy on the lipid metabolism of HIV patients are well-known. In this regard, HIV infection is considered an independent predictor of cardiovascular disease, which requires early diagnosis, dynamic observation and active prevention of cardiovascular complications.

Key words: overview, HIV infection, cardiovascular disease, risk factors, cardiotoxicity, antiretroviral therapy, adherence

 

Внедрение современной комбинированной антиретровирусной терапии (АРТ) привело к значительному увеличению продолжительности жизни пациентов с ВИЧ-инфекцией, и на сегодняшний день это хроническое контролируемое заболевание, где длительность жизни таких пациентов близится к общепопуляционной [1, 2]. В условиях снижения смертности от оппортунистических инфекций на первое место в структуре заболеваемости и летальности у людей с ВИЧ-инфекцией выходят хронические неинфекционные заболевания, главным образом кардиоваскулярная патология, поэтому акцент в лечении смещается на первичную профилактику сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) [3, 4].

По данным Всемирной организации здравоохранения [5] на конец 2024 г., в мире с ВИЧ жили 40,8 млн человек, а число новых случаев инфицирования составило 1,3 млн.

В систематическом обзоре, включавшем более 300 тыс. пациентов, показано, что наличие ВИЧ-инфекции ассоциировано с повышенным риском атеросклеротической болезни сердца (относительный риск = 1,37; 95% ДИ = 1,24–1,51) и инфаркта миокарда (относительный риск = 1,47; 95% ДИ = 1,28–1,68) по сравнению с ВИЧ-негативными лицами [6]. По данным крупных когортных исследований и обобщающих обзоров, относительный риск острого инфаркта миокарда с подъемом сегмента ST у больных ВИЧ-инфекцией регистрируется в 1,5–2 раза чаще [7]. В свою очередь, атеросклероз — воспалительное хроническое заболевание стенки артерий, являющееся основной причиной сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) с грозными и летальными осложнениями [8]. Исследования с использованием коронарной КТ-ангиографии показали, что у людей, живущих с ВИЧ, чаще встречаются коронарные атеросклеротические бляшки, чем у людей без ВИЧ [9]. Дополнительные данные о высокой частоте субклинического атеросклероза получены в исследованиях с использованием ультразвуковой оценки комплекса интима-медиа и коронарной кальцификации [10].

Все вышеперечисленные данные обусловливают необходимость систематизации современных данных об особенностях атеросклеротического процесса у данной категории больных и оценки существующих подходов к стратификации риска и профилактики сердечно-сосудистых осложнений.

Цель исследования — провести обзор литературных данных по вопросам риска сердечно-сосудистых заболевания у больных ВИЧ-инфекции с позиции атеросклероза и антиретровирусной терапии.

Материал и методы

Для проведения анализа результатов опубликованных научных исследований использовались поисковые базы электронных библиотек: eLibrary.Ru, PubMed, Scopus.

Результаты

Краткие сведения о ВИЧ-инфекции. Вирус иммунодефицита человека (ВИЧ) — хроническая вирусная инфекция, поражающая клетки иммунной системы и приводящая при отсутствии лечения к прогрессирующему иммунодефициту. Современные схемы АРТ, используемые во всем мире, позволяют контролировать вирусную нагрузку [11]. ВИЧ может передаваться с физиологическими жидкостями больных через кровь, грудное молоко, семенную жидкость, вагинальные выделения. Актуальным остается вертикальный путь передачи инфекции от матери ребенку, что может возникнуть во время беременности и родоразрешения. Половой путь является самым частым, тогда как доля парентерального пути на сегодня значительно уменьшилась [11]. Примерно 40 млн человек во всем мире живут с ВИЧ, и более миллиона людей не знают о своем статусе, что усугубляет рост инфекции в популяции [2].

На развитие сердечно-сосудистых осложнений у больных ВИЧ-инфекции оказывают влияние факторы традиционные и специфические. К традиционным можно отнести общеизвестные причины возникновения ССЗ, например курение, нарушение питания, нарушение липидного и углеводного обмена, малоподвижный образ жизни и т. д. Среди специфических ведущим фактором является само заболевание, что приводит к иммунным изменениям, вызывая хроническое воспаление. Лекарственные воздействие специфической АРТ на сам организм, сосуды в частности, а также взаимодействие различных препаратов между собой [12]. Существует мнение, что, кроме наличия хронического воспаления и лекарственного взаимодействия, у больных ВИЧ-инфекцией немаловажным является фактор психоэмоционального напряжения, который якобы в этой группе пациентов наиболее выражен [13].

Патогенетические звенья атеросклероза при ВИЧ-инфекции. Атеросклероз у больных ВИЧ-инфекцией рассматривается как мультифакториальный полиэтиологический процесс, в котором сочетаются традиционные факторы риска, хроническое иммунное воспаление, эндотелиальная дисфункция, дислипидемия и протромботическое состояние. Несмотря на активно применяемую АРТ, у пациентов сохраняется персистирующая иммунная активация, что ведет к ускоренному атерогенезу [14].

Центральным патогенетическим звеном является хроническая иммунная активация и системное воспаление. Даже при регулярном приеме АРТ у больных ВИЧ-инфекцией сохраняется высокий уровень провоспалительных цитокинов (интерлейкин-6, фактор некроза опухоли альфа), маркеров моноцитарной активности и коагуляционной активности — Д-димер. [14, 15]. Активированные моноциты обладают повышенной способностью мигрировать в сосудистую стенку и трансформироваться в макрофаги, формируя пенистые ксантомные клетки — одни из главных компонентов атеросклеротической бляшки. Повышенная экспрессия Toll-like рецепторов усиливает воспалительный процесс и способствует нестабильности атеросклероза [15]. Немаловажную и раннюю роль играет бактериальная транслокация из кишечника вследствие нарушенной барьерной функции при ВИЧ-инфекции. Липополисахариды бактериального генеза способствуют активации врожденного иммунитета и сосудистого воспаления. Отмечено, что люди с более высокими показателями микробной транслокации имеют одновременно повышенные маркеры воспаления, в частности интерлейкин-6 [12, 15].

Эндотелий является ранней мишенью при формировании атеросклероза, поскольку у ВИЧ-позитивных пациентов отмечается сниженная биодоступность оксида азота, повышение оксидативного стресса, усиление экспрессии молекул адгезии ICAM и VCAM, а также повышенный уровень эндотелина-1. Сочетание этих факторов приводит к возникновению условий для формирования ранних атеросклеротических поражений. Дополнительно считается, что вирусные белки (gp120) могут прямо воздействовать на эндотелиальные клетки с усилением апоптоза последних, что приводит к нарушению сосудистого гомеостаза [16].

ВИЧ-инфекция ассоциирована с хронической активацией коагуляционного каскада. Отмечено повышенные уровни Д-димера, тканевого фактора и концентрации фибриногена, что отражается в гиперкоагуляции. Активация коагуляции предположительно связана главным образом с повышенной экспрессией тканевого фактора активированными моноцитами, что запускает внешний путь свертывания крови. Такие пациенты находятся в высокой группе риска тромбообразования при повреждении или разрыве атеросклеротической бляшки [17, 18].

На фоне прогрессирования ВИЧ-инфекции возникают оппортунистические заболевания, например ЦМВ-инфекция, которая способствует развитию ВИЧ-ассоциированного атеросклероза. По сравнению с людьми без ВИЧ-инфекции, у пациентов, инфицированных ВИЧ, постоянно наблюдается более высокая доля ЦМВ-специфичных CD8⁺ Т-клеток, при этом самые высокие уровни наблюдались у пациентов с неопределяемой вирусной нагрузкой на фоне приема АРТ. Предположительно ЦМВ-специфические реакции лежат в основе иммунологического старения при ВИЧ-инфекции [19]. Коинфекция ЦМВ тесно связана с персистенцией вируса иммунодефицита и может также играть роль в хронической активации иммунитета и воспалении за счет расширения резервуара ВИЧ. ЦМВ-специфические Т-клеточные реакции коррелируют с маркерами атеросклероза, такими как толщина интимы-медии сонной артерии и кальцификации коронарных артерий [20]. Высокие титры антител к ЦМВ у пациентов с ВИЧ-инфекцией, а также титры антител к другим вирусам (вирус простого герпеса, вирус ветряной оспы) связаны с повышенными значениями биомаркеров, которые ускоряют воспаление и атеросклероз. Аналогичным образом ЦМВ играет важную роль в развитии коронарного атеросклероза у реципиентов трансплантированного сердца [21].

Особенности морфологии атеросклеротических бляшек. Современные методы неинвазивной визуализации коронарных артерий, прежде всего КТ-ангиография, позволили выявить характерные морфологические особенности атеросклеротических бляшек у пациентов с ВИЧ-инфекцией. Накопленные данные показывают более высокую распространенность субклинического атеросклероза и преобладание признаков нестабильных поражений в данной категории пациентов [22].

Одним из частых наблюдений является повышенная частота некальцифицированных бляшек. В крупном систематическом обзоре и метаанализе, включавшем 27 исследований и 10 867 участников (6699 ВИЧ-положительные и 4168 ВИЧ-негативные), распространенность некальцифицированных бляшек среди первых составила 49%, тогда как в контрольной группе — около 20%. Таким образом, ВИЧ-инфекция была ассоциирована с повышенной вероятностью формирования таких атеросклеротических бляшек (относительный риск — 1,23) [22]. В другом проспективном когортном исследовании Knudsen A. и соавт., включавшем 519 пациентов с ВИЧ и 1114 ВИЧ-негативных участников, коронарные атеросклеротические бляшки были выявлены у 54% инфицированных против 42% в контрольной группе (p < 0,001) [23]. Стеноз сосуда более 50% встречался у 16% пациентов с ВИЧ и лишь 8% в группе сравнения (p < 0,001). При проведение корреляционного анализа фактор «наличие ВИЧ-инфекции» оказался значимым предиктором, связанным с формированием атеросклеротических бляшек и формированием стеноза в коронарных сосудах [23]. Выявлена закономерность с более частым выявлением положительного ремоделирования сосудистой стенки — компенсаторного расширения артерии в зоне атеросклеротического поражения. Данный факт может скрывать степень истинного стеноза при стандартной ангиографии и способствовать развитию острого коронарного синдрома (ОКС) при относительно умеренной степени сужения просвета сосуда.

Дебют ОКС у больных ВИЧ-инфекцией регистрируется в более молодом возрасте. В крупном анализе базы страховой медицины США средний возраст инфаркта миокарда у ВИЧ-положительных был примерно на 10 лет моложе, чем у ВИЧ-негативных лиц [24].

Таким образом, морфология бляшек у ВИЧ-позитивных пациентов характеризуется более выраженным липидным ядром и менее выраженной кальцификацией, что делает такие бляшки потенциально нестабильными, подверженными воспалительным изменениям и разрыву. Эти особенности могут объяснять нам повышенный риск острого инфаркта миокарда у пациентов с ВИЧ даже при отсутствии значимой кальцифицированности коронарных артерий.

Особенности липидного спектра на фоне АРТ. Наиболее очевидным механизмом, с помощью которого АРТ повышает риск сердечно-сосудистых заболеваний, является ухудшение показателей липидов в крови. Повышение уровня холестерина липопротеинов низкой плотности (ЛПНП) при приеме ингибиторов протеазы, вероятнее, является результатом повышенного всасывания холестерина, а не повышенного его синтеза. Другие препараты, особенно более старые ингибиторы протеазы, вызывают гипертриглицеридемию, причем ритонавир является самым опасным [25].

Интересно, что даже после корректировки на уровни липидов в крови кумулятивное воздействие нуклеозидных ингибиторов обратной транскриптазы (НИОТ) абакавира, диданозина или ингибиторов протеазы лопинавир–ритонавир, индинавир было связано с повышенным риском развития инфаркта миокарда (ИМ). Новые ингибиторы протеазы, а также ингибитор интегразы ралтегравир и ингибитор проникновения вируса маравирок оказывают благоприятное воздействие на уровень липидов, особенно по сравнению с более старыми видами АРТ [26].

АРТ также может повышать риск ССЗ за счет других механизмов. Резистентность к инсулину, липодистрофия и другие закономерности распределения жира могут способствовать атерогенезу. НИОТ абакавир вызывал повышенный риск развития ИМ [27], что объяснялось повышенной реактивностью тромбоцитов и эндотелиальной дисфункцией. Применение атазанавира снижало риск развития ИМ, по сравнению с дарунавиром, что было связано со способностью атазанавира повышать уровень билирубина [28]. Вместе с тем у больных ВИЧ-инфекцией без специфической терапии формируется своеобразный фенотип дислипидемии, характеризующийся снижением общего холестерина (ОХ), ЛПНП, липопротеинов высокой плотности (ЛПВП) при одновременном повышении уровня триглицеридов (ТГ) [29].

В одном из систематических обзоров, включавшем более 17 оригинальных исследований, распространенность дислипидемии среди АРТ-негативных пациентов составила около 50%, при этом повышение ТГ выявлялось у 22,6% пациентов. Авторы подчеркивают, что данная особенность связана с влиянием хронической вирусной репликации и системного воспаления, которые катализируют катаболизм липопротеинов и подавляют их синтез в гепатоцитах [30]. После начала специфической АРТ наблюдается формирование так называемой атерогенной дислипидемии — повышение ОХ, ЛПНП, гипертриглицеридемия. В исследовании Lembas et al. (2025) указано, что через 12 месяцев после начала терапии отмечено достоверное повышение ОХ, ЛПНП и ЛПВП по сравнению с исходными данными (p < 0,05), при этом ТГ показывали небольшую тенденцию к снижению. У пациентов с исходным количеством CD4-клеток <200/мкл наблюдались значительно более высокие показатели ОХ, ЛПНП, холестерина, не относящегося к ЛПВП (р = 0,033; р = 0,009; р = 0,009) и ТГ (р = 0,003) после 1 года АРТ, чем у пациентов с уровнем CD4-клеток ≥200/мкл без приема терапии. То есть восстановление иммунного статуса (рост CD4+ клеток) коррелирует с увеличением уровня дислипидемии [31].

Влияние АРТ на уровень липидов в крови различается в зависимости от группы препаратов и между препаратами одного действия. Действие отдельных веществ трудно установить, поскольку для лечения ВИЧ обычно требуется три или четыре препарата. Как правило, ингибиторы протеазы, НИОТ и не-НИОТ повышают уровень ТГ и могут повышать уровень холестерина ЛПНП. Однако уровень холестерина ЛПНП и ТГ повышается сильнее при комбинированной терапии, чем при монотерапии ингибиторами протеазы [32]. В свою очередь, современные схемы не исключают динамического контроля и индивидуализации терапии с учетом конкретного сердечно-сосудистого риска больного.

Известно, что ранее назначение АРТ снижает вероятность развития вторичных иммунодефицитных осложнений и увеличивает продолжительность жизни больного ВИЧ-инфекцией. Исследование START (Стратегическое планирование антиретровирусной терапии) не выявило значимого снижения случаев ССЗ у больных при раннем назначение АРТ [33]. Таким образом, влияние раннего начала АРТ на сердечно-сосудистые заболевания является неопределенным.

Профилактика ССО при ВИЧ-инфекции: роль статинов. У ВИЧ-позитивных пациентов, несмотря на сниженную вирусную нагрузку, сохраняются повышенные уровни маркеров воспаления — IL-6, sCD14, С-реактивный белок и др., что ассоциировано с повышенным риском ОКС. Статины обладают плейотропными эффектами, включая снижение экспрессии провоспалительных цитокинов, уменьшение активации моноцитов и макрофагов, улучшение эндотелиальной функции, стабилизацию атеросклеротической бляшки за счет уменьшения липидного ядра и воспалительной инфильтрации [34, 35]. Современный обзор 2025 г. подчеркивает, что при ВИЧ противовоспалительный эффект статинов может иметь равное значение со снижением ЛПНП, особенно учитывая, что у данных больных высокая распространенность некальцифицированных бляшек [34].

Назначение статинов требует внимания, необходимо оценивать взаимодействие с АРТ, поскольку у них общий путь метаболизма. Ингибиторы протеазы, особенно усиленные ритонавиром, могут повышать концентрацию статинов в плазме крови, метаболизирующих через фермент CYP3A4, при этом увеличивается риск возникновения рабдомиолиза с острой почечной недостаточностью и миопатией. Следует делать выбор в сторону статинов, которые метаболизируются посредством данного фермента или метаболизируются минимально. Например, питавастатин, флувастатин или розувастатин [36].

В крупном международном рандомизированном исследовании REPRIEVE были включены 7769 пациентов с ВИЧ-инфекцией в возрасте 40–75 лет, получающих стабильную АРТ. Большинство пациентов имели низкий или умеренный традиционный сердечно-сосудистый риск, что подчеркивает клиническую значимость полученных результатов. Медиана наблюдения составила 5,1 года. Пациенты были рандомизированы на прием питавастатина 4 мг в сутки и эффект плацебо. Результаты показали убедительное снижение риска: частота ССО составила 4,81 на 1000 человеко-лет в группе питавастатина против 7,32 на 1000 человеко-лет в группе плацебо. Относительное снижение риска ССО достигло 35% (p < 0,001), а среднее снижение ЛПНП составило примерно 30% от исходного значения. Таким образом, ежедневный прием питавастатина оказался благоприятным, где частота нежелательных реакций была минимальна, а риск серьезных сердечно-сосудистых катастроф нивелируется на 35%. Фактически результаты данного исследования изменили взгляд на первичную профилактику ССЗ, подтвердив необходимость более активной стратегии контроля атерогенеза даже при отсутствии выраженной дислипидемии [37]. В 2025 г. опубликованы новые сведения, где показывается, что снижение ССО не сопровождалось достоверным уменьшением не сердечно-сосудистых заболеваний (онкология, инфекционные осложнения), это подчеркивает целенаправленность исследований в отношении атеротромбоза [38].

Выводы

Таким образом, исследования многих авторов и научных коллективов демонстрируют повышенный риск развития атеросклероза и сердечно-сосудистых заболеваний у людей с ВИЧ-инфекцией, по сравнению с ВИЧ-негативными лицами. Однозначно, ВИЧ-инфекция должна рассматриваться как дополнительный фактор сердечно-сосудистого риска, требующий более ранней стратификации и активной профилактической тактики ведения таких пациентов, где ключевым моментом является оптимизация АРТ совместно с гиполипидемическими препаратами даже при низком или умеренном сердечно-сосудистом риске, что существенно может снизить кардиоваскулярные осложнения у данной категории лиц. Также считаем необходимым рекомендовать консультации врача кардиолога всем пациентам при постановке на учет в региональные центры СПИД, регулярное обследование на липидный спектр и своевременную адекватную смену терапии (АРТ, статинов, других препаратов) при индивидуальной непереносимости.

 Пузырёва Л.В.

https://orcid.org/0000-0003-0495-3645

Алимбетов Ж.М.

https://orcid.org/0009-0006-2703-1124

Балабохина М.В.

https://orcid.org/0000-0001-5809-8053

Литература

1. Avagimyan A., Pogosova N., Kakturskiy L. et al. HIV-Related Atherosclerosis: State-of-the-Art-Review // Curr. Cardiol. — 2023. — V. 48 (9). — P. 101783. DOI: 10.1016/j.cpcardiol.2023.101783
2. Payagala S., Pozniak A. The global burden of HIV // Clin. Dermatol. — — V. 42(2). — Р. 119–127. DOI: 10.1016/j.clindermatol.2024.02.001
3. Obare L.M., Temu T., Mallal S.A., Wanjalla C.N. Inflammation in HIV and its impact on atherosclerotic cardiovascular disease // Circ. Res. — — V. 134 (11). — Р. 1515–1545. DOI: 10.1161/CIRCRESAHA.124.323891
4. Seplowe M., Goyal A., Fowler T. et al. Atherosclerosis and HIV: Exploring Cardiovascular Risks and Management // Cardiol. — 2024. DOI: 10.1097/CRD.0000000000000747
5. HIV and AIDS. World Health Organization. — URL: https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/hiv-aids (accessed 5 February 2026)
6. Zhu S., Wang W., He J., Duan W. et al. Higher cardiovascular disease risks in people living with HIV: A systematic review and meta-analysis // J. Glob. — 2024. — V. 14. — Р. 04078. DOI: 10.7189/jogh.14.04078
7. Paternò Raddusa M.S., Marino A., Celesia B.M. et al. Atherosclerosis and cardiovascular complications in people living with HIV: a focused review // Infect. Rep. — 2024. — V. 16 (5). — Р. 846–863. DOI: 10.3390/idr16050066
8. Björkegren J.L.M., Lusis A developments // Cell. — — V. 185 (10). — Р. 1630–1645. DOI: 10.1016/j.cell.2022.04.004
9. Post W.S., Budoff M., Kingsley L. et al. Associations between HIV infection and subclinical coronary atherosclerosis // Ann. Intern. Med. — — V. 160 (7). — Р. 458–467. DOI: 10.7326/M13-1754
10. Schoepf I.C., Buechel R.R., Kovari H. et al. Subclinical atherosclerosis imaging in people living with HIV // J. Clin. Med. — — V. 8 (8). — Р. 1125. DOI: 10.3390/jcm8081125
11. Fettig J., Swaminathan M., Murrill C.S., Kaplan J.E. Global epidemiology of HIV // Infect. Clin. North Am. — 2014. — V. 28 (3). — Р. 323–337. DOI: 10.1016/j.idc.2014.05.001
12. Протасов К.В., Енисеева Е.С., Плотникова Ю.К. Инфаркт миокарда у пациентов с ВИЧ-инфекцией: заболеваемость, факторы риска, особенности патогенеза, клиники и лечения // Российский кардиологический журнал. — — Т. 29, № 1S. — С. 5670. DOI:10.15829/1560-4071-2024-5670
13. National AIDS Treatment Advocacy Project website. — URL: http://www.natap.org (accessed 5 February 2026).
14. So-Armah K., Freiberg M.S. HIV and Cardiovascular disease: update on clinical events, special populations, and novel biomarkers // Curr. HIV/AIDS Rep. — — V. 15 (3). — Р. 233–244. DOI: 10.1007/s11904-018-0400-5
15. Mezoh G., Crowther N.J. Deciphering endothelial dysfunction in the HIV-infected population // Adv. Exp. Med. — 2019. — V. 1134. — Р. 193–215. DOI: 10.1007/978-3-030-12668-1_11
16. Feinstein M.J., Hsue P.Y., Benjamin L.A. et al. Characteristics, prevention, and management of cardiovascular disease in people living with HIV: a scientific statement from the American Heart Association // Circulation. — — V. 140 (2). — P. e98–e124. DOI: 10.1161/CIR.0000000000000695
17. Baker J.V. Chronic HIV disease and activation of the coagulation system // Thromb. — 2013. — V. 132 (5). — Р. 495–499. DOI: 10.1016/j.thromres.2013.08.016
18. Jackson B.S., Pretorius E. Pathological clotting and deep vein thrombosis in patients with HIV // Semin. Hemost. — 2019. — V. 45 (2). — Р. 132–140. DOI: 10.1055/s-0038-1676374
19. Hunt P.W., Brenchley J., Sinclair E. et al. Relationship between T cell activation and CD4+ T cell count in HIV-seropositive individuals with undetectable plasma HIV RNA levels in the absence of therapy // J. Infect. Dis. — — V. 197 (1). — Р. 126–133. DOI: 10.1086/524143
20. Knudsen A., Kristoffersen U.S., Panum I. et al. Coronary artery calcium and intima-media thickness are associated with level of cytomegalovirus immunoglobulin G in HIV-infected patients // HIV Med. — — V. 20 (1). — Р. 60–62. DOI: 10.1111/hiv.12672
21. Johansson I., Andersson R., Friman V. et al. Cytomegalovirus infection and disease reduce 10-year cardiac allograft vasculopathy-free survival in heart transplant recipients // BMC Infect Dis. — — V. 15. — Р. 582. DOI: 10.1186/s12879-015-1321-1
22. Soares C., Samara A., Yuyun M.F. et al. Coronary artery calcification and plaque characteristics in people living with HIV: a systematic review and meta-analysis // J. Am. Heart Assoc.— — V. 10 (19). — P. e019291. DOI: 10.1161/JAHA.120.019291
23. Knudsen A.D., Fuchs A., Benfield T. et al. HIV Is Associated with subclinical coronary atherosclerosis: a prospective matched cohort study // Clin. Infect. Dis.— — V. 81 (1). — Р. 84–91. DOI: 10.1093/cid/ciae609
24. Triant V.A., Lee H., Hadigan C., Grinspoon S.K. Increased acute myocardial infarction rates and cardiovascular risk factors among patients with human immunodeficiency virus disease // J. Clin. Metab. — 2007. — V. 92 (7). — Р. 2506–2512. DOI: 10.1210/jc.2006-2190
25. Liu S., Wei B., Liang W. et al. The effects of ART on the dynamics of lipid profiles in Chinese Han HIV-infected patients: comparison between NRTI/NNRTI and NRTI/INSTI // Front. Health. — 2023. — V. 11. — Р. 1161503. DOI: 10.3389/fpubh.2023.1161503
26. Nix L.M., Tien P.C. Metabolic syndrome, diabetes, and cardiovascular risk in HIV // Curr. HIV/AIDS Rep. — — V. 11 (3). — Р. 271–278. DOI: 10.1007/s11904-014-0219-7
27. Elion R.A., Althoff K.N., Zhang J. et al. Recent abacavir use increases risk of type 1 and type 2 myocardial infarctions among adults with HIV // J. Acquir. Immune Defic. — — V. 78 (1). — Р. 62–72. DOI: 10.1097/QAI.0000000000001642
28. Marconi V.C., Duncan M.S., So-Armah K. et al. Bilirubin is inversely associated with cardiovascular disease among HIV-positive and HIV-negative individuals in VACS (Veterans aging cohort study) // J. Am. Heart Assoc. — — V. 7 (10). — P. e007792. DOI: 10.1161/JAHA.117.007792
29. Mohammed O., Alemayehu E., Debash H. et al. Dyslipidemia among HIV-infected patients in Ethiopia: a systematic review and meta-analysis // BMC Infect. Dis. — — V. 24 (1). — Р. 27. DOI: 10.1186/s12879-023-08910-9
30. Belete A.M., Melese D.M., Bewket B. et al. Dyslipidemia among adult HIV patients on antiretroviral therapy and its association with age and body mass index in Ethiopia: A systematic review and meta-analysis // PLoS One. — — V. 19 (5). — P. e0298525. DOI: 10.1371/journal.pone.0298525
31. Lembas A., Załęski A., Mikuła T. et al. Changes in the lipid profile in people with HIV after one year of antiretroviral therapy — the significance of immune parameters // IJID Reg. — — V. 14. — Р. 100602. DOI: 10.1016/j.ijregi.2025.100602
32. Nduka C., Sarki A., Uthman O., Stranges S. Impact of antiretroviral therapy on serum lipoprotein levels and dyslipidemias: a systematic review and meta-analysis // Int. J. Cardiol. — — V. 199. — Р. 307–318. DOI: 10.1016/j.ijcard.2015.07.052
33. Baker J.V., Sharma S., Achhra A.C. et al. INSIGHT (International Network for Strategic Initiatives in Global HIV Trials) START (Strategic Timing of Antiretroviral Treatment) Study Group. Changes in cardiovascular disease risk factors with immediate versus deferred antiretroviral therapy initiation among HIV-positive participants in the START (Strategic Timing of Antiretroviral Treatment) Trial // J. Am. Heart Assoc.— — V. 6. — P. e004987. DOI: 10.1161/JAHA.116.004987
34. Lee D. HIV: how to manage dyslipidaemia in HIV // Drugs Context. — — № 11. — Р. 2021–2028. DOI: 10.7573/dic.2021-8-7
35. Eckard A.R., McComsey G.A. The role of statins in the setting of HIV infection // Curr HIV/AIDS Rep. — — V. 12 (3). — Р. 305–312. DOI: 10.1007/s11904-015-0273-9
36. Ansari R., Khalili H., Mohammadi K. Optimizing statin therapy in HIV-infected patients: a review of pharmacotherapy considerations // BMC Cardiovasc. — 2025. — V. 25 (1). — Р. 421. DOI: 10.1186/s12872-025-04887-2
37. Grinspoon S.K., Fitch K.V., Zanni M.V. et al; REPRIEVE investigators. Pitavastatin to prevent cardiovascular disease in HIV infection // N Engl. J. Med. — — V. 389 (8). — Р. 687–699. DOI: 10.1056/NEJMoa2304146
38. Diggs M.R., Umbleja T., McCallum S. et al. Statin effects on the incidence of major non-cardiovascular disease events among a global cohort of people with HIV: a randomised controlled trial // Lancet HIV. — — V. 12 (4). — P. e261–e272. DOI: 10.1016/S2352-3018(24)00345-X

REFERENCES

1. Avagimyan A., Pogosova N., Kakturskiy L. et al. HIV-Related Atherosclerosis: State-of-the-Art-Review. Curr. Probl. Cardiol, 2023, vol. 48 (9), p. 101783. DOI: 10.1016/j.cpcardiol.2023.101783
2. Payagala S., Pozniak A. The global burden of HIV. Clin. Dermatol., 2024, vol. 42(2), rr. 119–127. DOI: 10.1016/j.clindermatol.2024.02.001
3. Obare L.M., Temu T., Mallal S.A., Wanjalla C.N. Inflammation in HIV and its impact on atherosclerotic cardiovascular disease. Circ. Res, 2024, vol. 134 (11), rr. 1515–1545. DOI: 10.1161/CIRCRESAHA.124.323891
4. Seplowe M., Goyal A., Fowler T. et al. Atherosclerosis and HIV: Exploring Cardiovascular Risks and Management. Cardiol. Rev, 2024. DOI: 10.1097/CRD.0000000000000747
5. HIV and AIDS. World Health Organization, available at: https://www.who.int/news-room/fact-sheets/detail/hiv-aids (accessed on: 5 February 2026)
6. Zhu S., Wang W., He J., Duan W. et al. Higher cardiovascular disease risks in people living with HIV: A systematic review and meta-analysis. J. Glob. Health, 2024, vol. 14, r. 04078. DOI: 10.7189/jogh.14.04078
7. Paternò Raddusa M.S., Marino A., Celesia B.M. et al. Atherosclerosis and cardiovascular complications in people living with HIV: a focused review. Infect. Dis. Rep, 2024, vol. 16 (5), rr. 846–863. DOI: 10.3390/idr16050066
8. Björkegren J.L.M., Lusis A developments. Cell, 2022, vol. 185 (10), rr. 1630–1645. DOI: 10.1016/j.cell.2022.04.004
9. Post W.S., Budoff M., Kingsley L. et al. Associations between HIV infection and subclinical coronary atherosclerosis. Ann. Intern. Med, 2014, vol. 160 (7), rr. 458–467. DOI: 10.7326/M13-1754
10. Schoepf I.C., Buechel R.R., Kovari H. et al. Subclinical atherosclerosis imaging in people living with HIV. J. Clin. Med, 2019, vol. 8 (8), r. 1125. DOI: 10.3390/jcm8081125
11. Fettig J., Swaminathan M., Murrill C.S., Kaplan J.E. Global epidemiology of HIV. Infect. Dis. Clin. North Am, 2014, vol. 28 (3), rr. 323–337. DOI: 10.1016/j.idc.2014.05.001
12. Protasov K.V., Yeniseyeva E.S., Plotnikova Yu.K. Myocardial infarction in patients with HIV infection: incidence, risk factors, pathogenesis, clinical features, and treatment. Rossiyskiy kardiologicheskiy zhurnal, 2024, vol. 29, no. 1S, p. 5670 (in Russ.). DOI: 10.15829/1560-4071-2024-5670
13. National AIDS Treatment Advocacy Project website, available at: http://www.natap.org (accessed on: 5 February 2026).
14. So-Armah K., Freiberg M.S. HIV and Cardiovascular disease: update on clinical events, special populations, and novel biomarkers. Curr. HIV/AIDS Rep, 2018, vol. 15 (3), rr. 233–244. DOI: 10.1007/s11904-018-0400-5
15. Mezoh G., Crowther N.J. Deciphering endothelial dysfunction in the HIV-infected population. Adv. Exp. Med. Biol, 2019, vol. 1134, rr. 193–215. DOI: 10.1007/978-3-030-12668-1_11
16. Feinstein M.J., Hsue P.Y., Benjamin L.A. et al. Characteristics, prevention, and management of cardiovascular disease in people living with HIV: a scientific statement from the American Heart Association. Circulation, 2019, vol. 140 (2), pp. e98–e124. DOI: 10.1161/CIR.0000000000000695
17. Baker J.V. Chronic HIV disease and activation of the coagulation system. Thromb. Res, 2013, vol. 132 (5), rr. 495–499. DOI: 10.1016/j.thromres.2013.08.016
18. Jackson B.S., Pretorius E. Pathological clotting and deep vein thrombosis in patients with HIV. Semin. Thromb. Hemost, 2019, vol. 45 (2), rr. 132–140. DOI: 10.1055/s-0038-1676374
19. Hunt P.W., Brenchley J., Sinclair E. et al. Relationship between T cell activation and CD4+ T cell count in HIV-seropositive individuals with undetectable plasma HIV RNA levels in the absence of therapy. J. Infect. Dis, 2008, vol. 197 (1), rr. 126–133. DOI: 10.1086/524143
20. Knudsen A., Kristoffersen U.S., Panum I. et al. Coronary artery calcium and intima-media thickness are associated with level of cytomegalovirus immunoglobulin G in HIV-infected patients. HIV Med, 2019, vol. 20 (1), rr. 60–62. DOI: 10.1111/hiv.12672
21. Johansson I., Andersson R., Friman V. et al. Cytomegalovirus infection and disease reduce 10-year cardiac allograft vasculopathy-free survival in heart transplant recipients. BMC Infect Dis, 2015, vol. 15, rr. 582. DOI: 10.1186/s12879-015-1321-1
22. Soares C., Samara A., Yuyun M.F. et al. Coronary artery calcification and plaque characteristics in people living with HIV: a systematic review and meta-analysis. J. Am. Heart Assoc., 2021, vol. 10 (19), p. e019291. DOI: 10.1161/JAHA.120.019291
23. Knudsen A.D., Fuchs A., Benfield T. et al. HIV Is Associated with subclinical coronary atherosclerosis: a prospective matched cohort study. Clin. Infect. Dis., 2025, vol. 81 (1), rr. 84–91. DOI: 10.1093/cid/ciae609
24. Triant V.A., Lee H., Hadigan C., Grinspoon S.K. Increased acute myocardial infarction rates and cardiovascular risk factors among patients with human immunodeficiency virus disease. J. Clin. Endocrinol. Metab, 2007, vol. 92 (7), rr. 2506–2512. DOI: 10.1210/jc.2006-2190
25. Liu S., Wei B., Liang W. et al. The effects of ART on the dynamics of lipid profiles in Chinese Han HIV-infected patients: comparison between NRTI/NNRTI and NRTI/INSTI. Front. Public. Health, 2023, vol. 11, rr. 1161503. DOI: 10.3389/fpubh.2023.1161503
26. Nix L.M., Tien P.C. Metabolic syndrome, diabetes, and cardiovascular risk in HIV. Curr. HIV/AIDS Rep, 2014, vol. 11 (3), rr. 271–278. DOI: 10.1007/s11904-014-0219-7
27. Elion R.A., Althoff K.N., Zhang J. et al. Recent abacavir use increases risk of type 1 and type 2 myocardial infarctions among adults with HIV. J. Acquir. Immune Defic, 2018, vol. 78 (1), rr. 62–72. DOI: 10.1097/QAI.0000000000001642
28. Marconi V.C., Duncan M.S., So-Armah K. et al. Bilirubin is inversely associated with cardiovascular disease among HIV-positive and HIV-negative individuals in VACS (Veterans aging cohort study). J. Am. Heart Assoc, 2018, vol. 7 (10), p. e007792. DOI: 10.1161/JAHA.117.007792
29. Mohammed O., Alemayehu E., Debash H. et al. Dyslipidemia among HIV-infected patients in Ethiopia: a systematic review and meta-analysis. BMC Infect. Dis, 2024, vol. 24 (1), r. 27. DOI: 10.1186/s12879-023-08910-9
30. Belete A.M., Melese D.M., Bewket B. et al. Dyslipidemia among adult HIV patients on antiretroviral therapy and its association with age and body mass index in Ethiopia: A systematic review and meta-analysis. PLoS One, 2024, vol. 19 (5), p. e0298525. DOI: 10.1371/journal.pone.0298525
31. Lembas A., Załęski A., Mikuła T. et al. Changes in the lipid profile in people with HIV after one year of antiretroviral therapy — the significance of immune parameters. IJID Reg., 2025, vol. 14, r. 100602. DOI: 10.1016/j.ijregi.2025.100602
32. Nduka C., Sarki A., Uthman O., Stranges S. Impact of antiretroviral therapy on serum lipoprotein levels and dyslipidemias: a systematic review and meta-analysis. Int. J. Cardiol, 2015, vol. 199, rr. 307–318. DOI: 10.1016/j.ijcard.2015.07.052
33. Baker J.V., Sharma S., Achhra A.C. et al. INSIGHT (International Network for Strategic Initiatives in Global HIV Trials) START (Strategic Timing of Antiretroviral Treatment) Study Group. Changes in cardiovascular disease risk factors with immediate versus deferred antiretroviral therapy initiation among HIV-positive participants in the START (Strategic Timing of Antiretroviral Treatment) Trial. J. Am. Heart Assoc., 2017, vol. 6, p. e004987. DOI: 10.1161/JAHA.116.004987
34. Lee D. HIV: how to manage dyslipidaemia in HIV. Drugs Context, 2022, no. 11, rr. 2021–2028. DOI: 10.7573/dic.2021-8-7
35. Eckard A.R., McComsey G.A. The role of statins in the setting of HIV infection. Curr HIV/AIDS Rep, 2015, vol. 12 (3), rr. 305–312. DOI: 10.1007/s11904-015-0273-9
36. Ansari R., Khalili H., Mohammadi K. Optimizing statin therapy in HIV-infected patients: a review of pharmacotherapy considerations. BMC Cardiovasc. Disord, 2025, vol. 25 (1), r. 421. DOI: 10.1186/s12872-025-04887-2
37. Grinspoon S.K., Fitch K.V., Zanni M.V. et al. REPRIEVE investigators. Pitavastatin to prevent cardiovascular disease in HIV infection. N Engl. J. Med, 2023, vol. 389 (8), rr. 687–699. DOI: 10.1056/NEJMoa2304146
38. Diggs M.R., Umbleja T., McCallum S. et al. Statin effects on the incidence of major non-cardiovascular disease events among a global cohort of people with HIV: a randomised controlled trial. Lancet HIV, 2025, vol. 12 (4), pp. e261–e272. DOI: 10.1016/S2352-3018(24)00345-X