УДК 577.161.22

 С.И. МАЛЯВСКАЯ¹, Г.Н. КОСТРОВА¹, Е.В. ГОЛЫШЕВА², А.В. СТРЕЛКОВА¹, А.В. ЛЕБЕДЕВ¹, В.А. ТЕРНОВСКАЯ¹, Т.В. ПЯТЛИНА², А.Л. ТУРАБОВА², М.И. НИКИТИНА², Е.А БУЛЬИНА¹

 ¹Северный государственный медицинский университет, г. Архангельск

²Архангельская областная детская клиническая больница им. П.Г. Выжлецова

 Контактная информация:

Малявская Светлана Ивановна — доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой педиатрии Северного государственного медицинского университета, 163000, г. Архангельск, пр. Троицкий, д. 51, тел. (8182) 28-57-83, e-mail: Malyavskaya@yandex.ru

 В статье представлены результаты оценки обеспеченности витамином D в различных группах общей численностью 1 243 человека: дети раннего возраста (127 человек), дети 6–7 лет (180 человек), подростки 13–15 лет (367), взрослые (542), группа лиц с осложненным остеопорозом (27 человек). Выявлена широкая распространенность дефицита витамина D: наименьший уровень 25(ОН)D зафиксирован у детей 6–7 лет и подростков, а также у лиц с осложненным остеопорозом. Представлены результаты применения препаратов холекальциферола у детей раннего возраста и у лиц с осложненным остеопорозом. Показана высокая эффективность применения лечебных доз холекальциферола, низкая эффективность рекомендованных профилактических доз в данных группах. Актуализирована необходимость предварительной оценки обеспеченности витамином D и тщательного подбора схем сапплементации.

Ключевые слова: витамин D, дефицит, коррекция, дети, ранний возраст, подростки, сапплементация, остеопороз, арктическая зона.

 

S.I. Malyavskaya¹, G.N. Kostrova¹, E.V. Golysheva², A.V. Strelkova¹, A.V. Lebedev¹, V.a. Ternovskaya¹, T.V. Pyatlina², A.L. Turabova², M.I Nikitina², E.a. Bulyina¹

¹Northern State Medical University, Arkhangelsk

²Arkhangelsk Regional Children’s Clinical Hospital named after P. G. Vyzhletsov

 Sufficiency OF VITAMIN D AND CORRECTION OF ITS DEFICIENCY IN VARIOUS AGE GROUPS OF THE POPULATION OF THE ARCTIC ZONE OF THE RUSSIAN FEDERATION

 For correspondence:

 Malyavskaya S.V. — D. Med. Sc., Professor, Head of the Department of Pediatrics of Northern State Medical University, 51 Troitskiy Ave.,163000, Arkhangelsk, tel. (8182) 28-57-83, e-mail: Malyavskaya@yandex.ru

The article presents the results of assessing the vitamin D sufficiency in various groups of total number of 1243 people: children of early age (127 people), children of 6-7 years (180), adolescents of 13-15 years (367), adults (542), people with complicated osteoporosis (27). Widespread prevalence of vitamin D deficiency was found: the lowest level of 25 (OH) D was recorded in children aged 6-7 years and adolescents, as well as in those with complicated osteoporosis. The results of the use of cholecalciferol preparations in children of early age and in patients with complicated osteoporosis are presented High effectiveness of the use of therapeutic doses of cholecalciferol, low effectiveness of the recommended preventive doses in these groups is demonstrated. The need for preliminary assessment of vitamin D provision and careful selection of supplementation schemes is made actual.

Key words: vitamin D, deficiency, correction, children, early age, youngsters, supplementation, osteoporosis, arctic zone.

 

Изменение представлений о роли витамина D в организме человека, произошедшее в последние годы, не только повлекло рост интереса исследователей к возможным последствиям его дефицита для здоровья, но и обусловило высокую потребность в создании эффективной стратегии профилактических и лечебных мероприятий [1]. Проблема дефицита витамина является глобальной, затрагивая разные группы населения многих регионов мира [2, 3], в связи с чем в разных странах ведутся интенсивные поиски решения проблемы ликвидации дефицита витамина D в рамках национальной политики по защите здоровья граждан. Одной из важнейших задач для мирового медицинского сообщества является выявление дефицита витамина D, а также оптимальное назначение препаратов холекальциферола в зависимости от выявленного уровня 25(ОН)D и принадлежности к группе риска.

По данным многочисленных исследований, дефицит витамина D широко распространен в Российской Федерации во всех возрастных группах [4–7]. Причинами дефицита витамина D в России являются особенности географического положения, существенно ограничивающие возможности синтеза витамина D в коже, и неадекватное поступление этого витамина с пищей вследствие недостаточного потребления морской рыбы жирных сортов, являющейся основным пищевым источником витамина D [8]. Для жителей северных регионов, арктической зоны РФ развитие дефицита витамина D является особенно актуальной проблемой в связи с проживанием в зоне ультрафиолетового дефицита [9]. Необходимость адекватной обеспеченности витамином D в детском и подростковом возрасте обусловлена ролью дефицита витамина D в формировании не только патологии опорно-двигательного аппарата, но и более ранним развитием хронических неинфекционных заболеваний (атеросклероз, ишемическая болезнь сердца, сахарный диабет, онкологические заболевания), что влияет на среднюю продолжительность жизни населения [10–12]. Российская педиатрическая и терапевтическая общественность проводит большую работу по подготовке клинических рекомендаций по диагностике, профилактике и коррекции недостаточности витамина D у детей и подростков [13–16] и взрослых [17].

Цель исследования — анализ обеспеченности витамином D различных групп населения г. Архангельска и эффективности схем сапплементации рациона препаратами холекальциферола у некоторых групп населения арктической зоны РФ.

Характеристика групп и методы исследования. Критерии включения в исследование: проживание обследованных лиц в условиях Европейского Севера Российской Федерации, г. Архангельске; соответствие возраста участников одной из возрастных групп: ранний возраст (до 3 лет), 6–7, 13–15, 18 лет и старше; наличие информированного согласия родителей и ребенка / взрослого на участие в исследовании.

Критерии исключения: наличие органической патологии, генетических синдромов, нарушений печеночной и почечной функции (желтуха, диарея), нарушений психического развития.

Оценка обеспеченности витамином D проведена у 674 детей в возрасте от 0 до 15 лет, 349 мальчиков и 253 девочки. Из них 127 человек — дети раннего возраста (до 6 месяцев — 15, от 6 месяцев до 1 года — 19, 1–2 года — 46, 2–3 года — 47 детей), 180 — школьники 6–7 лет, 367 — подростки 13–15 лет. Группа взрослых составила 569 человек (медиана возраста — 48 лет: 195 мужчин и 374 женщины, из них 27 женщин с осложненным остеопорозом). Исследование проводилось в 2013–2016 годах.

У детей раннего возраста анализ лабораторных показателей  включал определение в сыворотке крови уровня общего кальция, неорганического фосфора, щелочной фосфатазы и содержание метаболита витамина D кальцидиола (25(ОН)D3) в сыворотке крови в рамках Российской научно-практической программы РОДНИЧОК [13] методом конкурентного хемилюминесцентного иммуноанализа, выполненного в лаборатории научного центра ЭФиС (г. Москва).

У лиц старше 3 лет количественное определение 25(ОН)D в сыворотке крови проводили методом иммуноферментного анализа (ELISA, DRGInstrumentsGmbH, Германия). Обеспеченность витамином D оценивали на основании следующих критериев: нормальным считалось содержание 25(ОН)D в пределах 30–80 нг/мл, 20–30 нг/мл соответствовало недостаточности, 10–19 нг/мл — дефициту, а <10 нг/мл — тяжелому дефициту [18].

Дети раннего возраста после оценки обеспеченности витамином D получали препараты холекальциферола (табл. 1) с целью профилактики рахита и недостаточности витамина D, а также коррекции дефицита витамина D на протяжении 1 месяца, после чего проводился повторный забор крови и последующий переход на профилактическую дозу препарата – 1 000 МЕ на протяжении 6 месяцев.

Таблица 1.

Дозы холекальциферола, применяемые для сапплементации у детей до 3 лет

Исходный уровень 25(ОН)D	Доза холекальциферола
Более 30 нг/мл	1000 МЕ
20–30 нг/мл	2000 МЕ
10–19 нг/мл	3000 МЕ
0–10 нг/мл	5000 МЕ

Лица с осложненным остеопорозом получали препараты холекальциферола в зависимости от исходного уровня 25(ОН)D в соответствии с клиническими рекомендациями: при уровне 25(OH)D 20–29 нг/мл – «Аквадетрим» 7 000 МЕ, т. е. 14 капель в день — 4 недель, при уровне 25(OH)D менее 20 нг/мл – «Аквадетрим» 7 000 МЕ, т. е. 14 капель в день — 8 недель [17, 18, 19, 20]. Одновременно назначался карбонат кальция 1000 мг/сут. Таким образом, у лиц с умеренным и тяжелым дефицитом витамина D суммарная насыщающая доза холекальциферола составила 400 000 МЕ, при недостаточности 25(OH)D – 200 000 МЕ. В дальнейшем на протяжении двух лет пациенты наряду с лечением остеопороза бисфосфонатами получали холекальциферол 10 000–15 000 МЕ (20–30 капель) однократно в неделю и 500–1000 мг/сут карбоната кальция [17, 18].

Статистическую обработку данных проводили с использованием пакета программ STATA (StataCorp., США). Анализ нормальности распределения значений исследованных признаков выполнен при помощи критерия Шапиро-Уилка. Количественные данные представлены в виде медианы (25-й; 75-й процентили). В случае номинальных переменных для вычисления зависимостей между ними применяли кросстабуляционный анализ, статистическую значимость определяли критерием χ² Пирсона. При множественном сравнении независимых групп использовали тест Крускала-Уоллиса (для парных сравнений критерий Манна-Уитни). Различия считали статистически значимыми при р < 0,05.

Результаты

Концентрация метаболита ниже нормы (≤ 30 нг/мл) была обнаружена у 132 (59 %) детей до 3 лет, 151 (84 %) детей 6–7 лет, 363 (99 %) подростков 13–15 лет, 388 (72 %) взрослых и 26 (96 %) лиц с осложненным остеопорозом. Наименьший уровень 25(ОН)D (в сравнении с группой детей до 3 лет) зарегистрирован у подростков и лиц с осложненным остеопорозом.

Установлены следующие медианные значения содержания 25(ОН)D в сыворотке крови у участников исследования разных возрастных групп (табл. 2).

Таблица 2.

Среднее содержание 25(ОН)D в сыворотке крови у обследованных в разных возрастных группах

 

Группа обследованных	Содержание 25(ОН)D в сыворотке крови
0–3 года	28,6 (18,3; 41,1) нг/мл
6–7 лет	19,75 (10,52;26,85) нг/мл*
13–15 лет	15,7(12,16; 19,3) нг/мл*
Взрослые	23,54 (17,3;31,78) нг/мл*
Лица с осложненным остеопорозом	15,9 (11,6;19,1) нг/мл*

Примечание. * p < 0,001 в сравнении с группой детей в возрасте до 3 лет

Распределение обследованных в зависимости от степени выраженности недостаточности витамина D представлено в табл. 3. (рис. 1). Показано, что доля детей с нормальной обеспеченностью витамином D (25(ОН)D > 30 нг/мл) была наибольшей в группе детей раннего возраста и у взрослых, наименьшей — в группе подростков 13–15 лет и у лиц с осложненным остеопорозом.

Таблица 3.

Обеспеченность витамином D у обследованных различных групп

Возрастная группа	Обеспеченность витамином D (по содержанию 25(ОН)D, нг/мл)
	<10	10–19	20–30	>30
0–3 года, абс. (%)*	10(8)	24(19)	32(25)	61(48)*
6–7 лет, абс. (%)	35(20)	58(32)	58 (32)	29(16)
13–15 лет, абс. ( %)	52 (14)	249 (66)	71 (19)	4 (1)
18 лет и старше, абс.( %)	30 (6)	161 (30)	197(36)	154(28)
Лица с осложненным остеопорозом, абс.( %)	4 (15)	17 (63)	5 (18)	1 (4)

Примечание: * p < 0,05 в сравнении с группами детей 6–7 лет, подростков и взрослых.

Рисунок 1. Обеспеченность витамином D в различных группах

Результаты применения препарата холекальциферола.

Уровень кальцидиола сыворотки у детей раннего возраста, получавших витамин D в течение 1 месяца, составил 47,25 (32,45;64,7) нг/мл. Результаты сапплементации препаратами холекальциферола в группе детей раннего возраста демонстрируют достоверное увеличение как медианных значений 25(ОН)D (ранговый тест Вилкоксона — 4.111, р=0.000) (рис. 2), так и доли детей с нормальным уровнем витамина D через месяц после приема препаратов холекальциферола в рекомендованных дозах (рис. 3).

Рисунок 2. Медианные значения уровней 25(ОН)D у детей раннего возраста до и после лечения, нг/мл

На фоне сапплементации рациона препаратами витамина D тяжелый дефицит выявлен тем не менее у 1 (1 %) ребенка раннего возраста, дефицит витамина D (от 10 до 20 нг/мл) диагностирована у 3 (4 %), недостаточность витамина D (от 20 до 30 нг/мл) — у 8 (10 %) (рис. 3).

Рисунок 3. Распределение детей раннего возраста в зависимости от обеспеченности витамином D до лечения, через 1 месяц после использования лечебных доз и через 6 месяцев использования профилактических доз

Уровень кальцидиола сыворотки у детей раннего возраста, получавших витамин D в профилактической дозе в течение 5 месяцев, составил 35,0 (26,67; 45,8) нг/мл (рис. 2). Дефицит витамина D (от 10 до 20 нг/мл) диагностирован у 12 (11 %) детей раннего возраста, недостаточность витамина D (от 20 до 30 нг/мл) — у 27 (25 %). Динамика прироста уровня кальцидиола в группе детей раннего возраста на фоне лечебной и профилактической доз препаратов холекальциферола представлена на рис. 4.

Рисунок 4. Насыщение и удержание уровня витамина D (Медиана) у детей раннего возраста до лечения, через 1 месяц после использования лечебных доз и через 6 месяцев использования профилактических доз в зависимости от исходной обеспеченности витамином D

Отмечается снижение 25(ОН)D через 6 месяцев после перехода на профилактическую дозу препаратов витамина D, хотя уровни 25(ОН)D в этот период остаются достоверно более высокими, чем до начала лечения (ранговый тест Вилкоксона —2.771, р=0.006). Доля детей с нормальной обеспеченностью снизилась с 85 % до 64 %.

Результаты применения препаратов витамина D у лиц с осложненным остеопорозом демонстрируют достоверное повышение уровня 25(ОН)D (ранговый тест Вилкоксона — 4,541, р=0.000) после применения лечебных доз препаратов витамина D (рис. 5).

Рисунок 5. Насыщение и удержание уровня витамина D (Медиана) у лиц с осложненным остеопорозом до лечения, через 1–2 месяца после использования лечебных доз и через 2 года использования профилактических доз в зависимости от исходной обеспеченности витамином D

Медиана кальцидиола в группе пациентов с осложненным остеопорозом в течение 1–2 месяцев терапии препаратами холекальциферола повысилась с 15,9 (11,6–19,1) до 32,4 (29,2–35,6) нг/мл (p<0,001). Через 1–2 месяца после начала лечения у 19 (70 %) пациентов из 27 уровень 25(ОН)D поднялся выше 30 нг/мл, у 8(30 %) пациентов он находился на уровне 20–30 нг/мл, пациентов с уровнем 25(ОН)D, соответствующим дефициту и тяжелому дефициту не зарегистрировано.

Зафиксировано снижение 25(ОН)D через 2 года после перехода на профилактическую дозу препаратов витамина D в группе пациентов с осложненным остеопорозом Ме =22,4 (16,7–25,8) нг/мл, хотя уровни 25(ОН)D в этот период остаются достоверно более высокими, чем до начала лечения (ранговый тест Вилкоксона — 4.051, р=0.000). Доля пациентов с нормальной обеспеченностью снизилась с 70 % до 7 %, уровень 25(ОН)D у большинства пациентов (52 %) соответствовал уровню 20–30 нг/мл (рис. 6).

Рисунок 6. Распределение пациентов с осложненным остеопорозом в зависимости от обеспеченности витамином D до лечения, через 1–2 месяца после использования лечебных доз и через 2 года использования профилактических доз

Обсуждение результатов и выводы

Полученные данные свидетельствуют о высокой распространенности дефицита витамина D во всех возрастных группах населения Арктической зоны РФ. Наибольшая тяжесть дефицита витамина D зарегистрирована в группе детей 6–7 лет и подростков 13–15 лет, что актуализирует потребность в мероприятиях по коррекции недостаточности витамина D в данных возрастных группах.

Профилактические дозы, применяемые в группах детей раннего возраста в условиях г. Архангельска, не обеспечили поддержания оптимальных уровней витамина D, что привело к снижению медианных уровней 25(ОН)D до параметров, соответствующих недостаточности витамина D, которые не могут обеспечить не только нормальный костный метаболизм, но и внескелетные эффекты витамина D, проявляющиеся при значительно более высоких уровнях.

Лечебные дозы холекальциферола позволяют достичь целевого уровня, тогда как профилактическая доза — 2000 МЕ/сут.(10000–15000 МЕ/нед.) является недостаточной для удержания показателя 25(ОН)D в диапазоне «метаболического комфорта» 30–50 нг/мл в группе лиц с осложненным остеопорозом изначально с дефицитом или недостаточностью витамина D.

Неудовлетворительные результаты, с точки зрения удержания нормального уровня витамина D на профилактических дозах, продемонстрировали дети раннего возраста и пациенты с остеопорозом с изначально низкими значениями 25(ОН)D, соответствующими тяжелому дефициту и дефициту.

Таким образом, до начала применения препаратов витамина D необходима оценка уровня обеспеченности пациента. Применение схем адекватных лечебных и профилактических доз должно основываться на исходном уровне с учетом принадлежности пациента к группе риска.

Требуется разработка национальных методических рекомендаций по коррекции дефицита витамина D для детей различных возрастов и взрослых, предусматривающих широкое применение скрининга до начала лечебных и профилактических мероприятий, использование в зависимости от уровня 25(ОН)D конкретного пациента лечебных или максимальных профилактических доз в зависимости от принадлежности к группе риска.

Литература

1. Holick M.F. Vitamin D Deficiency // N. Engl. J. Med. — 2007. — Vol. 357. — P. 266–281.

1. Lips P. Worldwide status of vitamin D nutrition / P. Lips // J Steroid BiochemMol Biol. 2010 Jul;121(1–2):297–300.

3. Hossein-Nezhad A. Vitamin D for health: global perspective / Hossein- A. Nezhad, M.F. Holick // Mayo Clin. — 2013. — Vol. 88. — N 7. — P. 720–755.
4. Распространенность дефицита витамина D в Северо-западном регионе РФ среди жителей г. Санкт-Петербурга и г. Петрозаводска / Т.Л. Каронова, Е.Н. Гринева, И.Л. Никитина и др. // Остеопороз и остеопатии. — 2013. — № 3. — С. 3–7.
5. Мониторинг статуса витамина D у подростков города Москвы в течение года / И.Н. Захарова, Т.М. Творогова, В.И. Вечерко и др. // Педиатрия. Журнал им. Г.Н. Сперанского. — — Т. 94. — № 3. — С. 114–120.
6. Витамин D и показатели фосфорно-кальциевого обмена у детей, проживающих в средней полосе России, в период максимальной инсоляции / А.В. Витебская, Г.Е. Смирнова, А.В. Ильин //Остеопороз и остеопатии. — — № 2. — С. 2–6.
7. Распространенность дефицита витамина D и факторов риска остеопороза у лиц молодого возраста / Т.Н. Маркова, Д.С. Марков, Т.Н. Нигматуллина и др. // Вестник Чувашского университета. — — № 3. —С. 441–446.
8. Физиологическая потребность и эффективные дозы витамина D для коррекции его дефицита. Современное состояние проблемы / В.М. Коденцова, О.И. Мендель, С.А. Хотимченко и др. // Вопросы питания. — 2017. — Т. 86. — № 2. — С. 47–62.
9. Поморская энциклопедия: в 5 т. Т. 2: Природа Архангельского Севера. — Архангельск: Поморский гос. ун-т, 2007. — 603 с.
10. Pludowski P., Holick M.F., Pilz S. et al. Vitamin D effects on musculoskeletal health, immunity, autoimmunity, cardiovascular disease,cancer, fertility, pregnancy, dementia and mortality-a review of recent evidence. Autoimmun. Rev. 2013 Aug; 12 (10): 976–989. DOI: 10.1016/j.autrev.2013.02.004.
11. Holick M.F. Vitamin D: extraskeletal health. Rheum. Dis. Clin. North Am. 2012; 38 (1): 141–160.
12. Elamin M.B. Vitamin D and Cardiovascular Outcomes: A Systematic Review and Meta-Analysis / M.B. Elamin, N.O. Abu Elnour, K.B. Elamin et al. // J. Clin. Endocrinol. Metab. 2011. — Vol. 96. — N 7. — P. 1931–1942.
13. Захарова И.Н. Результаты многоцентрового исследования «РОДНИЧОК» по изучению недостаточности витамина D у детей раннего возраста в России / И.Н. Захарова, С.В., Мальцев Г.В. Боровик и др. // Педиатрия. Журн. им. Г.Н. Сперанского. — 2015. — №1. — С. 62–70.
14. Захарова И.Н. Обеспеченность витамином D детей грудного возраста / И.Н. Захарова, Л.Я. Климов, С.В. Долбня и др. // Российский вестник перинатологии и педиатрии. — 2016. — № 61 (6). — С. 68–76.
15. Никитина И.Л. Опыт лечения витамином D: возможно ли повлиять на метаболические и кардиоваскулярные факторы риска у детей с ожирением? / И.Л. Никитина, А.М. Тодиева, М.Н. Ильина и др. // Артериальная гипертензия. — 2015. — № 21(4). — С. 426–435.
16. Захарова И.Н. Схема профилактики и коррекции недостаточности витамина D у детей раннего возраста: эффективность и безопасность водного раствора холекальциферола / И.Н. Захарова, Л.Я. Климов, С.В. Долбня и др. // Consilium Medicum. Педиатрия (Прил.). — 2016. — № 4. — С. 86–93.
17. Клинические рекомендации «Дефицит витамина D у взрослых: диагностика, лечение и профилактика», 2015 г. — URL: https://www.endocrincentr.ru/sites/default/files/specialists/science/clinic-recomendations/rek_vit_d_2015.pdf
18. Holick M.F., BinkleyC., Bischoff-Ferrari H.A. Endocrine Society. Evaluation, treatment, and prevention of vitamin D deficiency: an Endocrine Society clinical practice guideline. J. Clin. Endocrinol. Metab. 2011; 96 (7): 1911–1930.
19. Пигарова Е.А., Бородич Т.С., Дзеранова Л.К., Ильин А.В., Рожинская Л.Я. Пилотное исследование эффективности и безопасности применения высокой пероральной дозы колекальциферола в коррекции дефицита витамина D. II Всероссийский конгресс «Иновационный технологии в эндокринологии» с участием стран СНГ, 25–28 марта 2014 года, Москва.
20. Инструкция по применению препарата Аквадетрим. — URL: http://grls.rosminzdrav.ru/InstrImg.aspx?idReg=8592&t=&isOld=1 (дата обращения: 01.2014)

REFERENCES

1. Holick M. F. Vitamin D Deficiency. N. Engl. J. Med, 2007, vol. 357, pp. 266–281.
2. Lips P. Worldwide status of vitamin D nutrition. Steroid Biochem Mol Biol. 2010 Jul;121(1–2):297–300.
3. Hossein-Nezhad A., Holick M.F. Vitamin D for health: global perspective. Mayo Clin. Proc, 2013, vol. 88, no. 7, pp. 720–755.
4. Karonova T.L., Grineva E.N. Grineva, Nikitina I.L. Nikitina et al. Prevalence of vitamin D deficiency in the North-West region of the Russian Federation among residents of St. Petersburg and Petrozavodsk. Osteoporoz i osteopatii, 2013, no. 3, pp. 3–7 (in Russ.).
5. Zakharova I.N., Tvorogova T.M., Vecherko V.I., Lazareva S.I., Vasil’eva S.V., Evseeva E.A. Monitoring the status of vitamin D in adolescents in Moscow during the year. Pediatriya. Zhurnal im. G.N. Speranskogo, 2015, vol. 94, no. 3, pp. 114–120 (in Russ.).
6. Vitebskaya A.V., Smirnova G.E. Il’in A.V. Vitamin D and indicators of phosphorus-calcium metabolism in children living in the middle zone of Russia, during the maximum insolation period. Osteoporoz i osteopatii, 2010, no. 2, pp. 2–6 (in Russ.).
7. Markova T.N., Markov D.S., Markelova T.N. , Nigmatullina S.R., Baimkina E.V., Borisova L.V., Kochemirova T.N. Prevalence of vitamin D deficiency and risk factors for osteoporosis in young people. Vestnik Chuvashskogo universiteta, 2012, no. 3, pp. 441–446 (in Russ.).
8. Kodentsova V.M., Mendel’ O.I., Khotimchenko S.A., Baturin A.K., Nikityuk D.B., Tutel’yan V.A. Physiological need and effective doses of vitamin D to correct its deficiency. The current state of the problem. Voprosy pitaniya, 2017, vol. 86, no. 2, pp. 47–62 (in Russ.).
9. Pomorskaya entsiklopediya : v 5 t. T. 2 : Priroda Arkhangel’skogo Severa [Pomeranian Encyclopedia: in 5 vol. Vol. 2: The nature of the Arkhangelsk North]. Arkhangel’sk : Pomorskiy gos. un-t, 2007. 603 p.
10. Pludowski P., Holick M.F., Pilz S. et al. Vitamin D effects on musculoskeletal health, immunity, autoimmunity, cardiovascular disease,cancer, fertility, pregnancy, dementia and mortality-a review of recent evidence. Autoimmun. Rev., 2013, Aug; 12 (10): 976–989. DOI: 10.1016/j.autrev.2013.02.004.
11. Holick M.F. Vitamin D: extraskeletal health. Rheum. Dis. Clin. North Am., 2012; 38 (1): 141–160.
12. Elamin M. B. , Abu Elnour N. O., Elamin K. B., Fatourechi M. M., Alkatib A. A., Almandoz J. P., Liu H., Lane M. A., Mullan R. J., Hazem A., Erwin P. J., Hensrud D. D., Murad M. H., Montori V. M. Vitamin D and Cardiovascular Outcomes: A Systematic Review and Meta-Analysis. J. Clin. Endocrinol. Metab., 2011, vol. 96, no. 7, pp. 1931–1942.
13. Zakharova I.N., Mal’tsev S.V., Borovik G.V. et al. The results of a multicenter study «Fontanelle» on the study of vitamin D deficiency in young children in Russia. Pediatriya. Zhurn. im. G.N. Speranskogo, 2015, no. 1, pp. 62–70 (in Russ.).
14. Zakharova I. N., Klimov L. Ya., Dolbnya S. V. et al. Provision of infants with vitamin D. Rossiyskiy vestnik perinatologii i pediatrii, 2016, no. 61 (6), pp. 68–76 (in Russ.).
15. Nikitina I.L. ., Todieva A.M., Il’ina M.N., Budanova M.V., Vasil’eva E.Yu., Karonova T.L. Experience with Vitamin D: Is it possible to affect metabolic and cardiovascular risk factors in obese children? Arterial’naya gipertenziya, 2015, no. 21(4), pp. 426–435 (in Russ.).
16. Zakharova I.N., Klimov L.Ya., Dolbnya S.V. et al. The scheme of prevention and correction of vitamin D deficiency in young children: efficacy and safety of an aqueous solution of cholecalciferol. Consilium Medicum. Pediatriya (appl.), 2016, no. 4, pp. 86–93 (in Russ.).
17. Klinicheskie rekomendatsii «Defitsit vitamina D u vzroslykh: diagnostika, lechenie i profilaktika» [Clinical recommendations «Vitamin D deficiency in adults: diagnosis, treatment and prevention»], 2015, available at: https://www.endocrincentr.ru/sites/default/files/specialists/science/clinic-recomendations/rek_vit_d_2015.pdf
18. Holick M.F., Binkley N.C., Bischoff-Ferrari H.A. Endocrine Society. Evaluation, treatment, and prevention of vitamin D deficiency: an Endocrine Society clinical practice guideline. J. Clin. Endocrinol. Metab., 2011; 96 (7): 1911–1930.
19. Pigarova E.A., Borodich T.S., Dzeranova L.K., Il’in A.V., Rozhinskaya L.Ya. Pilotnoe issledovanie effektivnosti i bezopasnosti primeneniya vysokoy peroral’noy dozy kolekal’tsiferola v korrektsii defitsita vitamina D [Pilot study of the effectiveness and safety of using a high oral dose of colcalciferol in correcting vitamin D deficiency]. II Vserossiyskiy kongress «Inovatsionnyy tekhnologii v endokrinologii» s uchastiem stran SNG, 25–28 March 2014. Moscow.
20. Instruktsiya po primeneniyu preparata Akvadetrim [Instructions for use of the drug Akvadetrim], available at: http://grls.rosminzdrav.ru/InstrImg.aspx?idReg=8592&t=&isOld=1 (accessed: 17.01.2014)