УДК 371.214.14

В.М. ГАНУЗИН

 Ярославский государственный медицинский университет МЗ РФ, г. Ярославль

Контактная информация:

Ганузин Валерий Михайлович — к.м.н., доцент кафедры педиатрии ИНПО

Адрес: 150000, Ярославль, ул. Революционная, 5, тел.: +7 (4852) 30-56-41, е-mail: vganuzin@rambler.ru

Проблема влияния психотравмирующих факторов в детском и подростковом возрасте является актуальной для многих школ в различных странах мира. В статье представлены результаты анализа наиболее известных и применяемых в настоящее время в США и Европе антибуллинговых школьных программ. Показано влияние психотравмирующих факторов в образовательной среде на возникновение буллинга, виктимизации у детей и подростков. В обзоре были использованы базы данных РИНЦ, PubMed, Google Scholar.

Ключевые слова: обзор, буллинг, кибербуллинг, виктимизация, антибуллинговые школьные программы, дети и подростки.

 

 V.M. GANUZIN

 Yaroslavl State Medical University, Yaroslavl

 Bullying, cyberbullying, and anti-bullying school programs

 Contact details:

Ganuzin V.M. — PhD (Medicine), Associate Professor of the Department of Pediatrics, Institute of Postgraduate Education

Address: 5 Revolyutsionnaya St., 150000 Yaroslavl, Russian Federation, tel.: +7 (4852) 30-56-41, e-mail: vganuzin@rambler.ru

The influence of psychotraumatic factors in childhood and adolescence is a relevant problem for many schools in various countries. The article offers an analysis of the most well-known and broadly used anti-bullying school programs in the USA and Europe. The author shows the influence of psychotraumatic factors in the educational environment on the emergence of bullying and victimization in children and adolescents. The review is based on RSCI, PubMed, and Google Scholar databases.

Key words: review, bullying, cyberbullying, victimization, anti-bullying school programs, children and adolescents.

 

В настоящее время буллинг, виктимизация (превращение в жертву) и другие формы агрессивного поведения остаются одной из актуальных проблем среди молодежи во всем мире. Издевательство определяется как агрессивное поведение, которое повторяется в течение времени между двумя или более людьми [1–3]. Кроме того, издевательство — психотравмирующее поведение, которое совершается намеренно, чтобы навредить и превратить в жертву одного или группу участников буллинга [4–6]. Обычно существует явный дисбаланс сил между жертвами и буллерами как в социальном, так и в физическом плане. Данные психотравмирующие факторы в ряде случаев приводят к школьным дидактогенным неврозам, постдидактическому стрессовому расстройству, суицидальному поведению и другим психическим реакциям [7–10].

Важными причинами суицида несовершеннолетних, по данным Романовской М.В., Фесенко Ю.А., являются буллинг, кибербуллинг, троллинг, мобинг, то есть насилие в семье, одиночество, изоляция, безнадежность, ощущение своей ненужности или никчемности, постоянные оскорбления, унижения и преследования со стороны окружающих или в социальных сетях. Данные государственной статистики в России свидетельствуют, что частота суицидальных действий среди молодежи в течение последних двух десятилетий выросла в 2 раза, а количество детей и подростков, покончивших с собой, составляет 16% от общего числа умерших от неестественных причин. За последние 5 лет жизнь самоубийством покончили 14 157 несовершеннолетних [11].

Школьный буллинг, по данным Бочавер А.А., уже давно является предметом многочисленных эмпирических исследований и прикладных интервенций, что обусловлено его высокой распространенностью и серьезными негативными последствиями. Около 15–20% детей в России сообщают о том, что были жертвами школьного буллинга и около 10% — агрессорами [12].

Буллинг. Травля впервые стала важной темой исследований в 1980-х гг. после трагических самоубийств мальчиков в Норвегии, причиной которых считалась травля [13].

Исследование, проведенное Национальной медицинской библиотекой США, показало, что 49% детей в 4–12 классах хотя бы один раз подвергались издевательствам со стороны других учеников на школьном уровне; 20% американских учащихся 9–12 классов сообщили, что подвергались издевательствам; 71% подростков стали свидетелями издевательств в школе; 70% школьного персонала сообщили, что стали свидетелями издевательств [14].

Школьная травля и кибербуллинг среди подростков, по данным Hinduja S., Patchin J., тесно связана с суицидальными мыслями и попытками. Был проведен опрос среди репрезентативной выборки молодежи США в возрасте от 12 до 17 лет. Учащиеся, которые подвергались школьной или онлайн-травле, были значительно более склонны сообщать о суицидальных мыслях. Учащиеся, которые сообщили о травле в школе и в Интернете, были еще более склонны сообщать не только о суицидальных мыслях, но и о попытках суицида. Те, кто подвергался травле или кибербуллингу таким образом, что повлияло на их поведение в школе, также были подвержены более высокому риску суицидальных мыслей и попыток [15].

Буллинг и кибербуллинг также являются сильными маркерами риска для нескольких негативных поведенческих, медицинских, социальных и эмоциональных проблем, в том числе и применения подростками оружия [16].

Учитывая актуальность проблемы, перспективными направлениями дальнейшего исследования травли и кибербуллинга, по данным Капиренковой О.Н., являются: изучение ролей ситуации буллинга, не только пары буллер — жертва; гендерных особенностей участников буллинга, представлений родителей о ситуации буллинга в образовательной среде, представлений учителей о ситуации буллинга в образовательной среде [17].

Кибербуллинг. Кибербуллинг — еще одна форма агрессивного поведения, которая может иметь место в школьном сообществе, и предыдущие исследования обнаружили значительное совпадение между офлайн (то есть школьным буллингом, или очным буллингом) и онлайн-буллингом.

Baldry et al. были изучены гендерные различия в совпадении школьной травли и кибербуллинга в зависимости от различных типов вовлеченности в такое поведение. В исследовании приняли участие 2785 итальянских учеников в возрасте от 11 до 17 лет, из 7 средних школ, которые анонимно сообщили о школьной травле и кибербуллинге, как о жертвах или преступниках. Результаты показали, что для девочек «только школьные буллинги» не пересекались с «только кибербуллингами», а «только школьные жертвы» не пересекались с «только кибербуллингами», но эти категории были связаны для мальчиков. «Школьные хулиганы и жертвы» значительно пересекались с «киберхулиганами и жертвами» как для мальчиков, так и для девочек [18].

Значимым предиктором кибербуллинга является уровень самооценки детей и подростков. Принято считать, что совершение преступления можно предсказать по уровню самооценки и эмпатии человека, а виктимизация от кибербуллинга может быть предсказана по степени ощущаемого одиночества и предыдущей истории издевательств в реальной жизни [19–21].

По оценкам Bonsaksen T. et al., за 2023 г. в Норвегии 1 544 000 детей в возрасте от 10 до 15 лет (34,9%) подверглись травле в реальной жизни, а 847 тыс. детей (19,1%) подверглись травле в интернете. Более половины детей рассказали своим родителям или опекунам о травле, которой они подверглись за последний год, однако 18,1% подвергшихся травле в интернете и 14,7% подвергшихся травле в реальной жизни никому об этом не рассказали [22].

Жестокое обращение с детьми, буллинг, кибербуллинг и виктимизация становятся все более серьезной проблемой для детей и подростков во многих странах мира. В настоящее время очень мало информации об эффективности программ вмешательства, направленных на снижение кибербуллинга, или о том, могут ли школьные программы, разработанные для очного школьного буллинга, одновременно влиять и на онлайн-буллинг [23, 24].

Антибуллинговые школьные программы

В различных странах мира учеными разработаны и апробированы школьные программы по профилактике и снижению случаев буллинга, кибербуллинга и виктимизации в образовательной среде.

SAVE (Испания). Программа SAVE (Seville School Against Violence — Севильская школа против насилия) — первая антибуллинговая программа в данной стране. Программа предполагает профилактику случаев буллинга, индивидуальную работу со школьниками, выступавшими агрессорами, школьниками-свидетелями, а также психологическую помощь жертве. По данным Ortega R. et al., в результате внедрения программы и лонгитудинального наблюдения за ее эффективностью количество жертв и хулиганов в школе снизилось более чем на 50% [25].

Expect Respect (Австрия). Программа Expect Respect — Ожидание уважения). Вмешательство «Ожидание уважения» включало 3 урока по 1 ч в течение 6 месяцев. Школьники должны были научиться: подавать сигнал «стоп» при столкновении с неуважительным поведением; следовать «режиму остановки», когда вас просят остановиться; использовать «режим свидетеля», когда вы стали свидетелем неуважительного поведения, которое не прекращается даже после того, как обидчика попросили об этом; как заручиться поддержкой взрослых, если поведение запугивания продолжалось. Учащиеся и сотрудники начальных школ считали, что взрослые отреагируют на ненадлежащее поведение, сказав хулигану прекратить, позвонив его или ее родителям или назначив определенное наказание [26].

NoTrap! (Италия). Программа NoTrap! (Non cadiamoin trappola! — Давайте не попадемся в ловушку). Menesin E. et al. провели исследование, целью которого явились описание и оценка текущей модели борьбы с буллингом и кибербуллингом, проводимой с участием сверстников жертв. Участниками исследования стали 375 подростков, в том числе 20,3% юношей, обучающихся с 9 по 13 классы. Экспериментальная группа включала 231 ученика с 42 наставниками, а контрольная группа включала 144 ученика. Результаты показали значительное снижение буллинга в экспериментальной группе по сравнению с контрольной группой, за исключением кибербуллинга. Авторы выявили эффект в снижении этнической травли и виктимизации в тех случаях, когда хотя бы один ученик с иммигрантским происхождением участвовал в качестве наставника [27, 28].

The Donegal (Ирландия). Программа The Donega (The Donegal Anti-Bullying Programme in Donegal Primary Schools — Программа по борьбе с издевательствами в начальных школах Донегола).

В исследовании участвовали 20 442 ученика, в том числе 9599 учеников в возрасте 8–12 лет и 10 843 учеников в возрасте 11–18 лет. Анализ результатов исследования показал, что 31,3% учеников начальной школы и 15,6% учеников средних школ сообщили, что подвергались издевательствам в течение последнего семестра. А 26,5% учеников начальной школы и 14,9% учеников средних школ сообщили, что они издевались над другими детьми. Авторы считают, что ирландские школы могли бы иметь больший эффект от общенациональной программы по борьбе с издевательствами, которая включала бы обучение руководства школ, преподавательского состава, родителей и учеников [29].

The Friendly Schools Project (Австралия). Программа The Friendly Schools Project — Дружественные школы. Групповое рандомизированное контролируемое исследование проверило эффективность программы Friendly Schools по снижению издевательского поведения учащихся. Данные самоотчетов собирались в 29 школах в течение трех лет среди 1968 детей в возрасте 8–9 лет. Анализ результатов показал, что учащиеся, участвующие в программе, значительно реже наблюдали издевательства и подвергались издевательствам [30].

KiVa (Финляндия). Программа KiVa (Kiusamisvaba — Без издевательств). Данная компьютерная программа включает как универсальные, так и целевые действия по снижению уровня издевательств и апробирована на большой группе детей различного возраста. В исследовании, проведенном Kärnä A. et al., представлены результаты воздействия программы KiVa на девять различных форм издевательств. Результаты исследования показали положительное влияние на каждую форму издевательств. Через 9 месяцев после вмешательства учащиеся контрольных школ в 1,5 раза реже подвергались издевательствам. В целом, результаты исследования показали, что программа KiVa эффективна в снижении травли и виктимизации в 1–6 классах [31, 32].

Olweus Bullying Prevention Program (США). Программа Olweus Bullying Prevention Program — Программа профилактики травли Олвеус. Limber S.P. et al. была проведена оценка крупномасштабной реализации Программы профилактики травли Олвеуса в США с 70 998 учащимися 3–11 классов в 210 школах в течение двух лет. В другой подвыборке — с 31 675 с учащимися из 95 школ в течение трех лет. По данным авторов, почти во всех классах наблюдалось явное снижение двух ключевых измерений: подвергаться травле и травить других учеников. В целом, данные эффекты были тем сильнее, чем дольше действовала программа [33, 34].

Steps to Respect (США). Программа Steps to Respect — Шаги к уважению. Brown E.C. et al. использовали общешкольную программу Steps to Respect по снижению издевательств путем повышения эффективности работы персонала, создания позитивного школьного климата и повышения социальных и эмоциональных навыков учащихся. Классная программа, состоящая из 10 уроков, реализуемая обученными учителями, по работе с отдельными буллерами и их жертвами. В программе участвовали 1307 сотрудников, в том числе 128 были учителями, и 2940 учеников из 33 начальных школ Калифорнии. Результаты данного исследования подтвердили, что программа является эффективной для предотвращения издевательства в школах [35].

Positive Action (США). Программа Positive Action — Позитивное действие. Программа используется для борьбы с буллингом, начиная от дошкольного возраста до школьников 12-го класса. Суть программы заключается в том, чтобы подчеркнуть те действия, которые способствуют здоровому и позитивному циклу мыслей-действий-чувств. В наборе около 140 уроков с материалами для 30 школьников. Продолжительность урока составляет около 15 мин. Учащиеся из группы исследования сообщали о меньшем употреблении наркотиков, сексуальной активности, агрессивном поведении, поведении, связанном с серьезным насилием, и поведении, связанном с травлей, чем учащиеся из контрольной группы [36].

Выводы

Проблема влияния психотравмирующих факторов в детском и подростковом возрасте является актуальной для многих школ в различных странах мира. Учитывая особенности российского образования, опыт отечественных и зарубежных ученых, предлагается объединить усилия специалистов разных областей с целью разработки и внедрению отечественных государственных антибуллинговых программ с обязательным применением их во всех школах страны.

По нашему мнению, часть работы по проведению антибуллинговых программ, в том числе и для инвалидов-школьников, можно делегировать в Отделение медико-социальной помощи в поликлиниках для отдельных детей и подростков из семей, находящихся в трудной жизненной ситуации, при наличии в его штате психологов, психотерапевтов, психиатров, социальных работников и юристов [37, 38].

 Ганузин В.М.

https://orcid.org/0000-0002-7436-6182

Литература

1. Olweus D. Bullying in school: basic facts and implications of a school-based intervention program // J. Child Psychol. Psych. — 1994a. — V. 35. — P. 1171–1190.
2. Ганузин В.М. Влияние психотравмирующих факторов в детском и подростковом возрасте на их жизненную парадигму (обзор) // Практическая медицина.— 2021. — V. 19 (6). — P. 26–31. DOI: 10.32000/2072-1757-2021-6-26-31
3. Ганузин В.М., Борохов Б.Д. Психотравмирующие факторы в школьном возрасте и их влияние на здоровье: постдидактическое стрессовое расстройство (обзор) // Медицинская психология в России: сетевой науч. журн. — 2022. — Т. 14, № 1. — URL: http://mprj.ru (дата обращения: 17.04.2025).
4. Gaffney H., Ttofi M.M., Farrington D.P. Effectiveness of school-based programs to reduce bullying perpetration and victimization: An updated systematic review and meta-analysis // Campbell Syst. Rev. — 202; 17(2): e1143. doi: 10.1002/cl2.1143.
5. Ганузин В.М. Синдром педагогического насилия как форма дидактогении // Медицинская психология в России. — 2013. — Т. 5, № 5. — С. 15. DOI: 10.24411/2219-8245-2013-15150
6. Ганузин В.М., Фаттахова А.С. Анализ современной научной литературы по виктимизации детей и подростков в образовательной среде // Вопросы психического здоровья детей и подростков. — 2024. — Т. 24, № 4. — С. 96–110.
7. Рябинина М.В. Влияние школьного постдидактического стресса на успешность высшего образования // Обзор педагогических исследований. — 2023. — Т. 5, № 7. — С. 18–23.
8. Ганузин В.М. Синдром педагогического насилия, дадактогения, буллинг, виктимизация, постдидактическое стрессовое расстройство: дети, школа и негативные последствия воздействия образовательной среды(обзор) // Медицинская психология в России. — 2024. — Т. 16, № 2. — С. 59–69. — URL: https://mprj.elpub.ru/jour (дата обращения: 19.04.2025).
9. Милушкина О.Ю., Дубровина Е.А., Григорьева З.А., Козырева Ф.У., Пивоваров Ю.П. Влияние современной образовательной среды на нервнопсихическое здоровье детей школьного возраста // Российский вестник гигиены. — 2023. — № 4. — С. 47–56. DOI: 10.24075/rbh.2023.085 25
10. Хохлов Л.К., Хохлов А.Л., Шипов А.А. Школьные дидактогенные неврозы и другие психические реакции // Педагогический вестник. — 1998. — № 2. — URL: http://www.yspu.yar.ru/vestnik/uchenue_praktikam/6_2 (дата обращения: 07.04.2025).
11. Романовская М.В., Фесенко Ю.А. Профилактика суицидоопасного поведения у детей и подростков // Медицинская психология в России. — 2024. — Т. 16, № 3. — С. 32–44. — URL: https://mprj.elpub.ru/jour (дата обращения: 19.04.2025).
12. Бочавер А.А. Буллинг как деструктивный совместный копинг школьного сообщества: новая концептуализация // Психология. Журнал Высшей школы экономики. — 2024. — Т. 21, № 3. — С. 569–586.
13. Olweus D. Bully/victim problems among school children: Long‐term consequences and an effective intervention program. In Hodgins S. (Ed.), Mental disorder and crime. — 1993.— Р. 317–349.
14. 32 Shocking Bullying Statistics That Will Capture Public Attention in 2023. — URL: https://whattobecome.com/blog/bullying-statistics/
15. Hinduja S., Patchin J.W. Connecting Adolescent Suicide to the Severity of Bullying and Cyberbullying // J. School Violence. — 2018. — V. 18 (3). — P. 333–346. DOI: 10.1080/15388220.2018.1492417
16. Ганузин В.М. Обзор современных исследований по применению подростками оружия в образовательной среде // Медицинская психология в России: сетевой науч. журн. — — Т. 15, № 3. — С. 6. — URL: http://mprj.ru (дата обращения: 17.04.2025).
17. Капиренкова, О.Н., Пискажева М.И. Буллинг в современной образовательной среде // Психология когнитивных процессов. — 2020. — № 9. — С. 177–184.
18. Baldry A.C., Farrington D.P., Sorrentino A. School bullying and cyberbullying among boys and girls: roles and overlap // J. Aggression, Maltreatment Trauma. — 2017. — V. 26 (9). — P. 937–951. DOI: 10.1080/10926771.2017.1330793
19. Ганузин В.М., Маскова Г.С., Мозжухина Л.И., Шубина Е.В. Кибербуллинг среди подростков // Российский педиатрический журнал. — 2025. — Т. 28, № 1. — С. 79–84. DOI: 10.46563/1560-9561-2025-28-1-79-84
20. Madsen C.R., Damsgaard M.T., Petersen K., Qualter P., Holstein B.E. School bullying, cyberbullying, and loneliness: a nationally representative study of adolescents in Denmark // J. Environ. Res. Public Health. — 2024. — V. 21 (4). — P. 414. DOI: 10.3390/ijerph21040414
21. Barak A., Hen L., Boniel-Nissim M., Shapira N. A comprehensive review and a meta-analysis of the effectiveness of internet-based psychotherapeutic interventions // Technol. Hum. Serv. — 2008. — V. 26 (2-4). — P. 109–60. DOI: 10.1080/15228830802094429
22. Bonsaksen T., Kleppang A.L., Steigen A.M. Cyberbullying among adolescents in Norway: changes over time and factors associated with delinquency and victimization // Sci. (Basel). — 2024. — V. 14 (11). — P. 1043. DOI: 10.3390/bs14111043
23. Семёнова Н.Б. Буллинг и кибербуллинг в подростковой среде: распроёнстранность, методы запугивания, ролевое поведение участников // Здравоохранение Российской Федерации. — 2023. — Т. 67, № 4. — С. 313–319. DOI: 10.47470/0044-197X-2023-67-4-313-319
24. Шейнов В.П. Кибербуллинг: предпосылки и последствия. Психологические исследования. — 2021. — URL: https://cyberpsy.ru/articles/kiberbullingpredposylki-posledstviya/ (дата обращения: 19.04.2025).
25. Ortega R., Del Rey R., Mora-Merchán J.A. SAVE model: an anti-bullying intervention in Spain. In: Smith P.K., Pepler D., Rigby K., eds. Bullying in Schools: How Successful Can Interventions Be? — Cambridge University Press, 2004. — P. 167–186.
26. Meraviglia M.G., Becker H., Rosenbluth B., Sanchez E., Robertson T. The Expectation of Respect Project: creating a positive elementary school climate // J. Interpersonal Violence. — 2003. — V. 18 (11). — P. 1347–1360. DOI: 10.1177/0886260503257457
27. Menesini E., Nocentini A., Palladino B.E. Empowering students against bullying and cyberbullying: Evaluation of an Italian peer‐led model // Int. J. Conflict Violence. — 2012. — V. 6 (2). — P. 314–320.
28. Zambuto V., Stefanelli F., Palladino B.E., Nocentini A., Menesini E. The effect of the NoTrap! Antibullying program on ethnic victimization: When the peer educators’ immigrant status matters // Developmental Psychol. — 2022. — V. 58 (6). — P. 1176–1187. DOI: 10.1037/dev0001343
29. O’Moore A.M., Minton S.J. Ireland: the Donegal Primary Schools’ anti-bullying project. In: Smith P.K., Pepler D., Rigby K., eds. Bullying in Schools: How Successful Can Interventions Be? — Cambridge University Press, 2004. — P. 275–288.
30. Cross D., Monks H., Hall M., Shaw T., Pintabona Y., Erceg E. et al. Three‐year results of the Friendly School whole‐of‐school intervention on children’s bullying behavior // British Educational Res. J. — 2011. — V. 37 (1). — P. 105–129. DOI: 10.1080/01411920903420024
31. Salmivalli C., Kärnä A., Poskiparta E. Counteracting bullying in Finland: The KiVa program and its effects on different forms of being bullied // J. Behav. Develop. — 2011. — V. 35 (5). — P. 405–411. DOI: 10.1177/0165025411407457
32. Kärnä A., Voeten M., Little T.D., Alanen E., Poskiparta E., Salmivalli C. Effectiveness of the KiVa Antibullying Program: Grades 1–3 and 7–9 // J. Educational Psychol. — 2013. — V. 105 (2). — P. 535–551. DOI: 10.1037/a0030417
33. Olweus D., Limber S.P. Some problems with cyberbullying research // Curr. Opin. Psychol. — 2017. — V. 19. — P. 139–143.
34. Olweus D. Bully/victim problems among school children: Basic facts and effects of a school-based intervention program. In Pepler D.J., Rubin K.H. (Eds.). The development and treatment of childhood aggression. — 1991. — P. 411–448.
35. Brown E.C., Low S., Smith B.H., Haggerty K.P. Outcomes from a school‐randomized controlled trial of Steps to Respect: A bullying prevention program // School Psychol. Rev. — 2011. — V. 40 (3). — P. 423–443. DOI: 10.1037/e734362011-045
36. Lewis K.M., DuBois D.L., Bavarian N., Acock A., Silverthorn N., Day J. et al. Effects of Positive Action on the emotional health of urban youth: a cluster-randomized trial // J. Adolesc. Health. — 2013. — V. 53 (6). — P. 706–7 DOI: 10.1016/j.jadohealth.2013.06.012
37. Ганузин В.М., Романычева Е.Н., Курчина Е.Г. Отделение медико-социальной помощи в поликлиниках для отдельных детей и подростков из семей, находящихся в трудовой жизненной ситуации // Вопросы школьной и университетской медицины и здоровья. — 2016. — № 2. — С. 36–38.
38. Ганузин В.М., Голубятникова Е.В. Детская инвалидность, профилактика, реабилитация и абилитация детей с ограниченными возможностями // Вопросы психического здоровья детей и подростков. — 2017. — Т. 17, № 2. — С. 55–56.

REFERENCES

1. Olweus D. Bullying in school: basic facts and implications of a school-based intervention program. Child Psychol. Psych, 1994a, vol. 35, pp. 1171–1190.
2. Ganuzin V.M. The influence of psychotraumatic factors in childhood and adolescence on their life paradigm (review). Prakticheskaya meditsina, 2021, vol. 19 (6), pp. 26–31 (in Russ.). DOI: 10.32000/2072-1757-2021-6-26-31
3. Ganuzin V.M., Borokhov B.D. Psychotraumatic factors in school age and their impact on health: post-didactic stress disorder (review). Meditsinskaya psikhologiya v Rossii: setevoy nauch. zhurn, 2022, vol. 14, no. 1 (in Russ.), available at: http://mprj.ru (accessed on: 17.04.2025).
4. Gaffney H., Ttofi M.M., Farrington D.P. Effectiveness of school-based programs to reduce bullying perpetration and victimization: An updated systematic review and meta-analysis. Campbell Syst. Rev, 202; 17(2): e1143. doi: 10.1002/cl2.1143.
5. Ganuzin V.M. Pedagogical violence syndrome as a form of didactogeny. Meditsinskaya psikhologiya v Rossii, 2013, vol. 5, no. 5, p. 15 (in Russ.). DOI: 10.24411/2219-8245-2013-15150
6. Ganuzin V.M., Fattakhova A.S. nalysis of modern scientific literature on victimization of children and adolescents in the educational environment. Voprosy psikhicheskogo zdorov’ya detey i podrostkov, 2024, vol. 24, no. 4, pp. 96–110 (in Russ.).
7. Ryabinina M.V. The influence of school post-didactic stress on the success of higher education. Obzor pedagogicheskikh issledovaniy, 2023, vol. 5, no. 7, pp. 18–23 (in Russ.).
8. Ganuzin V.M. Pedagogical violence syndrome, dadactogenia, bullying, victimization, post-didactic stress disorder: children, school and negative consequences of the educational environment (review). Meditsinskaya psikhologiya v Rossii, 2024, vol. 16, no. 2, pp. 59–69 (in Russ.), available at: https://mprj.elpub.ru/jour (accessed on: 19.04.2025).
9. Milushkina O.Yu., Dubrovina E.A., Grigor’eva Z.A., Kozyreva F.U., Pivovarov Yu.P. The influence of the modern educational environment on the neuropsychic health of school-age children. Rossiyskiy vestnik gigieny, 2023, no. 4, pp. 47–56 (in Russ.). DOI: 10.24075/rbh.2023.085 25
10. Khokhlov L.K., Khokhlov A.L., Shipov A.A. School didactic neuroses and other mental reactions. Pedagogicheskiy vestnik, 1998, no. 2 (in Russ.), available at: http://www.yspu.yar.ru/vestnik/uchenue_praktikam/6_2 (accessed on: 07.04.2025).
11. Romanovskaya M.V., Fesenko Yu.A. Prevention of suicidal behavior in children and adolescents. Meditsinskaya psikhologiya v Rossii, 2024, vol. 16, no. 3, pp. 32–44 (in Russ.), available at: https://mprj.elpub.ru/jour (accessed on: 19.04.2025).
12. Bochaver A.A. Bullying as destructive joint coping of the school community: a new conceptualization. Zhurnal Vysshey shkoly ekonomiki, 2024, vol. 21, no. 3, pp. 569–586 (in Russ.).
13. Olweus D. Bully/victim problems among school children: Long‐term consequences and an effective intervention program. In Hodgins S. (Ed.), Mental disorder and crime. 1993, rr. 317–349.
14. 32 Shocking Bullying Statistics That Will Capture Public Attention in 2023, available at: https://whattobecome.com/blog/bullying-statistics/
15. Hinduja S., Patchin J.W. Connecting Adolescent Suicide to the Severity of Bullying and Cyberbullying. School Violence, 2018, vol. 18 (3), pp. 333–346. DOI: 10.1080/15388220.2018.1492417
16. Ganuzin V.M. Review of modern research on the use of weapons by adolescents in the educational environment. Meditsinskaya psikhologiya v Rossii: setevoy nauch. zhurn, 2023, vol. 15, no. 3, p. 6 (in Russ.), available at: http://mprj.ru (accessed on: 17.04.2025).
17. Kapirenkova, O.N., Piskazheva M.I. Bullying in the modern educational environment. Psikhologiya kognitivnykh protsessov, 2020, no. 9, pp. 177–184 (in Russ.).
18. Baldry A.C., Farrington D.P., Sorrentino A. School bullying and cyberbullying among boys and girls: roles and overlap. Aggression, Maltreatment Trauma, 2017, vol. 26 (9), pp. 937–951. DOI: 10.1080/10926771.2017.1330793
19. Ganuzin V.M., Maskova G.S., Mozzhukhina L.I., Shubina E.V. Cyberbullying among adolescents. Rossiyskiy pediatricheskiy zhurnal, 2025, vol. 28, no. 1, pp. 79–84 (in Russ.). DOI: 10.46563/1560-9561-2025-28-1-79-84
20. Madsen C.R., Damsgaard M.T., Petersen K., Qualter P., Holstein B.E. School bullying, cyberbullying, and loneliness: a nationally representative study of adolescents in Denmark. J. Environ. Res. Public Health, 2024, vol. 21 (4), p. 414. DOI: 10.3390/ijerph21040414
21. Barak A., Hen L., Boniel-Nissim M., Shapira N. A comprehensive review and a meta-analysis of the effectiveness of internet-based psychotherapeutic interventions. Technol. Hum. Serv, 2008, vol. 26 (2-4), pp. 109–60. DOI: 10.1080/15228830802094429
22. Bonsaksen T., Kleppang A.L., Steigen A.M. Cyberbullying among adolescents in Norway: changes over time and factors associated with delinquency and victimization. Sci. (Basel), 2024, vol. 14 (11), p. 1043. DOI: 10.3390/bs14111043
23. Semenova N.B. Bullying and cyberbullying among adolescents: prevalence, methods of intimidation, role behavior of participants. Zdravookhranenie Rossiyskoy Federatsii, 2023, vol. 67, no. 4, pp. 313–319 (in Russ.). DOI: 10.47470/0044-197X-2023-67-4-313-319
24. Sheynov V.P. Kiberbulling: predposylki i posledstviya. Psikhologicheskie issledovaniya, 2021 [Cyberbullying: prerequisites and consequences. Psychological research, 2021], available at: https://cyberpsy.ru/articles/kiberbullingpredposylki-posledstviya/ (accessed on: 19.04.2025).
25. Ortega R., Del Rey R., Mora-Merchán J.A. SAVE model: an anti-bullying intervention in Spain. In: Smith P.K., Pepler D., Rigby K., eds. Bullying in Schools: How Successful Can Interventions Be? Cambridge University Press, 2004. Pp. 167–186.
26. Meraviglia M.G., Becker H., Rosenbluth B., Sanchez E., Robertson T. The Expectation of Respect Project: creating a positive elementary school climate. Interpersonal Violence, 2003, vol. 18 (11), pp. 1347–1360. DOI: 10.1177/0886260503257457
27. Menesini E., Nocentini A., Palladino B.E. Empowering students against bullying and cyberbullying: Evaluation of an Italian peer‐led model. J. Conflict Violence, 2012, vol. 6 (2), pp. 314–320.
28. Zambuto V., Stefanelli F., Palladino B.E., Nocentini A., Menesini E. The effect of the NoTrap! Antibullying program on ethnic victimization: When the peer educators’ immigrant status matters. Developmental Psychol, 2022, vol. 58 (6), pp. 1176–1187. DOI: 10.1037/dev0001343
29. O’Moore A.M., Minton S.J. Ireland: the Donegal Primary Schools’ anti-bullying project. In: Smith P.K., Pepler D., Rigby K., eds. Bullying in Schools: How Successful Can Interventions Be? Cambridge University Press, 2004. Pp. 275–288.
30. Cross D., Monks H., Hall M., Shaw T., Pintabona Y., Erceg E. et al. Three‐year results of the Friendly School whole‐of‐school intervention on children’s bullying behavior. British Educational Res. J, 2011, vol. 37 (1), pp. 105–129. DOI: 10.1080/01411920903420024
31. Salmivalli C., Kärnä A., Poskiparta E. Counteracting bullying in Finland: The KiVa program and its effects on different forms of being bullied. J. Behav. Develop, 2011, vol. 35 (5), pp. 405–411. DOI: 10.1177/0165025411407457
32. Kärnä A., Voeten M., Little T.D., Alanen E., Poskiparta E., Salmivalli C. Effectiveness of the KiVa Antibullying Program: Grades 1–3 and 7–9. Educational Psychol, 2013, vol. 105 (2), pp. 535–551. DOI: 10.1037/a0030417
33. Olweus D., Limber S.P. Some problems with cyberbullying research. Opin. Psychol, 2017, vol. 19, pp. 139–143.
34. Olweus D. Bully/victim problems among school children: Basic facts and effects of a school-based intervention program. In Pepler D.J., Rubin K.H. (Eds.). The development and treatment of childhood aggression, 1991, pp. 411–448.
35. Brown E.C., Low S., Smith B.H., Haggerty K.P. Outcomes from a school‐randomized controlled trial of Steps to Respect: A bullying prevention program. School Psychol. Rev, 2011, vol. 40 (3), pp. 423–443. DOI: 10.1037/e734362011-045
36. Lewis K.M., DuBois D.L., Bavarian N., Acock A., Silverthorn N., Day J. et al. Effects of Positive Action on the emotional health of urban youth: a cluster-randomized trial. Adolesc. Health, 2013, vol. 53 (6), pp. 706–711. DOI: 10.1016/j.jadohealth.2013.06.012
37. Ganuzin V.M., Romanycheva E.N., Kurchina E.G. Department of medical and social assistance in polyclinics for individual children and adolescents from families in a working life situation. Voprosy shkol’noy i universitetskoy meditsiny i zdorov’ya, 2016, no. 2, pp. 36–38 (in Russ.).
38. Ganuzin V.M., Golubyatnikova E.V. Childhood disability, prevention, rehabilitation and habilitation of children with disabilities. Voprosy psikhicheskogo zdorov’ya detey i podrostkov, 2017, vol. 17, no. 2, pp. 55–56 (in Russ.).